ИНТЕРЕСНАЯ СТАТЬЯ,ДЕВОЧКИ, ПОЧИТАЙТЕ.. ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ ПУБЛИКОВАТЬ ДЕТСКИЕ ФОТО В ИНТЕРНЕТЕ: Люди ратуют за…

ИНТЕРЕСНАЯ СТАТЬЯ,ДЕВОЧКИ, ПОЧИТАЙТЕ..

ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ ПУБЛИКОВАТЬ ДЕТСКИЕ ФОТО В ИНТЕРНЕТЕ:

Люди ратуют за неприкосновенность частной жизни и публикуют фотографии детей в интернете. Никто не задумывается, кто и как может использовать эти снимки. Вы хотите показать, как мило малыш морщит носик, а кто-то хочет заработать деньги.

Посмотрите на этого соню. Малыш только что проснулся, пижама с машинками слегка задралась. Он сладко потягивается в тёплой постельке, трёт заспанные глазки. Мама с папой поймали чудесный момент пробуждения объективом фотоаппарата…

Или взгляните на эту «хулиганку», показывающую язык.

Разве они не прелестны? Хотите любоваться этими малютками каждый день? Welcome! Почему нельзя? Подумаешь — это не ваши дети! Да какая разница?! Ведь кружки с их милыми личиками можно купить в интернет-магазине.

Журналист Дмитрий Токметсис (Dimitri Tokmetzis) и дизайнер Юрий Вирман (Yuri Veerman) провели социальный эксперимент. Они собрали фотографии малышей на Flickr и запустили одностраничник, где продаются кружки с портретами чужих детей. Всего $15–20, и вы счастливый обладатель бокала с милой крохой.

«Разве такое возможно?» — спросите вы. Как же неприкосновенность частной жизни, защита прав ребёнка и другие правовые ценности, закреплённые в конституциях и международных актах?

Право на неприкосновенность частной жизни входит в состав основных прав человека и гражданина. В России оно закреплено статьями 21–25 Конституции, Федеральными законами № 152 «О персональных данных», № 149 «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», статьями 152, 152.1, 152.2 Гражданского кодекса, статьёй 137 Уголовного кодекса, а также рядом международных актов: Всеобщей декларацией прав человека, Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод, Международным пактом о гражданских и политических правах.

Разве коммерческая деятельность с использованием фотографий чужих детей не нарушает права человека?

Нарушает.

Токметсис и Вирман считают, что их эксперимент нарушил право на неприкосновенность частной жизни в нескольких аспектах. И хотя декларируемые права человека в жизни не всегда соблюдаются, их значение неумолимо.

Право контролировать информацию о себе

Неприкосновенность частной жизни состоит из нескольких правомочий. Одно из них — право контролировать информацию о себе. Это означает, что человек вправе сам решать (в допустимых законом пределах), где и какие данные размещать о себе и своей жизни. Исходя из этого Токметсис и Вирман не сделали ничего неправомерного. Ведь люди сами публикуют фотографии на Flickr с лицензией Creative Commons с разрешением коммерческого использования контента.

В некоторых юрисдикциях для использования фотоснимков с изображением детей необходимо разрешение родителей или законных представителей несовершеннолетних. Но и это спорный момент. Ведь, выложив в Сеть фото детей, родители (представители) уже дали молчаливое согласие на их распространение.

Ничто не мешает другим сайтам использовать вашу фотографию. Если картинка попала в поиск Google Image, то вскоре она разлетится по множеству ресурсов. Токметсис и Вирман обнаружили, что скачанные ими фото детей были также на сайтах о путешествиях, о защите детей, о психическом здоровье.

И это лишь верхушка айсберга.

Веб-гиганты зарабатывают миллионы на частных данных пользователей. Движущая сила Всемирной паутины — пользовательский контент. Фото, видео, тексты, музыка — люди сами загружают и распространяют это.

В тот момент, когда вы нажимаете кнопку «Опубликовать» в Facebook или на YouTube, вы заключаете с ними негласный договор, позволяющий свободно использовать этот материал, в том числе коммерчески.

Возьмём в качестве примера Facebook. 1 января 2015 года социальная сеть обновила пользовательское соглашение. Соцсеть объявила, какие персональные данные собирает о пользователях:

посты, переписка, личные данные при регистрации, фотографии и видео, загруженные на платформу, — всё это Facebook хранит и при необходимости может использовать в своих целях;

транзакции, осуществлённые через Facebook (например, донаты в Candy Crush Saga);

действия пользователей на сторонних ресурсах, если они нажали установленные там кнопки «Нравится» (Like) или «Поделиться» (Share).

После рассылки Facebook уведомлений об обновлении пользовательской политики в российской прессе началась шумиха. Из-за расплывчатости формулировок журналисты решили, что соцсеть будет передавать (например, аналитическим компаниям, операторам связи и так далее) персональные данные без согласия пользователей. Но позже представители Facebook разъяснили:

Мы не передаём персональную информацию, которая лично идентифицирует пользователя, рекламодателям или партнёрам в случаях, если вы не предоставили нам на это отдельного разрешения.

Однако это не означает, что веб-корпорации не зарабатывают на вас. Зайдите в Google Play, возле многих приложений, книг, игр и фильмов вы увидите аватарки ваших друзей из кругов Google+. При регистрации они поставили галочку, и теперь Google может использовать их фото в рекламных целях, продвигая свои приложения.

Таким образом, соглашаясь с политикой использования данных того или иного ресурса, мы фактически отказываемся от права контролировать информацию о себе.

Право на конфиденциальность

В настоящее время в российском правовом поле нет официальной дефиниции конфиденциальности. Но подразумевается, что если лицо получило доступ к сведениям о частной жизни другого лица, то оно не вправе без разрешения передавать их третьим лицам.

Не являются нарушением частной жизни сбор, хранение, распространение и использование информации в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Простой пример: клиника не может разглашать сведения о заболевании пациента без его согласия. Но если диагноз запрашивают правоохранительные органы в интересах следствия, то медицинское учреждение может его назвать. Также данные теряют конфиденциальность, если человек публично написал об этом, например, в Twitter.

В Сети конфиденциальность может быть нарушена ненароком. Допустим, вы выставили очень строгие настройки приватности в социальных сетях и думаете, что теперь ваши интимные публикации увидят только самые-самые близкие. Это не так. Никто не гарантирует, что ваши родные и друзья так же щепетильно следят за параметрами конфиденциальности. «Класс» или «Поделиться» отправляют пост на стену друга, а она, возможно, доступна всем, иногда включая даже незарегистрированных пользователей.

Халатность пользователей на этом не заканчивается. Мамочки отправляют снимки детей на фотоконкурсы, выкладывают в сообществах по интересам и не задумываются, что правило конфиденциальности в этом случае не работает.

Контекст приватности

Итак, с юридической точки зрения действия Токметсиса и Вирмана легальны. Но авторы эксперимента всё равно считают свой поступок неправильным. Почему? Всё дело в контексте.

В англоязычных странах есть такое понятие, как privacy. Его сложно перевести. Грубо говоря, это приватность, то есть то, что тесно связано с личностью, неофициальные отношения и взаимодействия с близкими.

Ещё сложнее понять правовую природу privacy. В российском правовом поле ближе всего к этому понятию конфиденциальность, речь о которой шла выше. Но это не одно и то же. «Приватность» также тесно связана с естественными правами человека, но её границы сложнее поддаются юридическому очертанию.

Так, директор института информационного права университета Нью-Йорка, профессор Хелен Ниссенбаум (Helen Nissenbaum) много лет изучает проблему приватности и анонимности в интернете. Она полагает, что многие пользователи, соглашаясь предоставить информацию о себе в открытый доступ, даже не представляют себе, какие интимные подробности можно извлечь из неё.

Профессор Ниссенбаум ввела термин «контекст приватности». По её мнению, цифровое поле постепенно поглощается нормами этики. Например, обсуждая с врачом проблемы со здоровьем, мы подразумеваем, что эти сведения останутся приватными. Это естественно в контексте неприкосновенности частной жизни. Но, если на ту же тему мы говорим с торговым представителем фармацевтической компании, нам очевидно, что информация будет использована в коммерческих целях.

В обоих случаях понятен контекст обмена информацией. Не нужно уточнять, какая из ситуаций относится к privacy, а какая нет.

Проблемы начинаются, когда контекст меняется не по воле человека. А это происходит всякий раз, когда нажимается кнопка «Поделиться».

Родители, публикующие фотографии своих детей, действуют в контексте: показать чад бабушкам и дедушкам, родственникам и друзьям, чтобы разделить с ними радость. Но когда Токметсис и Вирман нанесли снимки на кружки и выложили на коммерческой платформе, контекст сместился. Отсюда дискомфорт — они вторглись в privacy.

В этом смысле социальные медиа — таран, вторгающийся в зону приватности и меняющий контекст информации. Многие слышали о ситуациях, когда безобидный твит начинает жить своей жизнью и приносит проблемы.

Facebook, Google, Instagram и другие крупные компании декламируют конфиденциальность пользователей. Но контекст приватности ускользает. Готовность делиться своей жизнью онлайн не означает, что все согласны с формами использования частной информации. Было бы неплохо, если бы при нажатии кнопки шаринга всплывало окно «Отказаться от права на неприкосновенность частной жизни?»