Часть 9. Тайна В тот день я играла во дворе. Тогда ещё пускали детей одних. С балкона раздался мамин крик "Маргарита!…

Часть 9. Тайна

В тот день я играла во дворе. Тогда ещё пускали детей одних. С балкона раздался мамин крик "Маргарита! Срочно домой!" Я забежала, в комнате на полу лежал Олег с голым торсом в луже крови. Спустя много лет я все же не понимаю зачем она дала мне это увидеть. Но что случилось, то случилось. Понятно, у неё был шок, страх... Она ждала скорую. Следом за скопой приехала полиция. Мама лишь успела мне бросить "Скажи, что он таким пришёл...".

Мне было 6 лет. Я все прекрасно понимала. Это были мои первые показания перед властями. Надеюсь, последние. Со мной разговаривала милая девушка в форме. Я твердила, что он таким пришёл. Конечно, она мне не верила. Но она не хотела меня пугать и старалась быть очень доброй. Я слышала как допрашивают маму, как она плачет и признаётся, что это она. Она ударила его ножом рядом с сердцем. Что это была самооборона.

В свои 6 лет я словно мгновенно повзрослела. Я подошла к серванту, где хранился старинный кинжал и позвала девушку в форме. Я сказала, что мы его очень боимся, что он часто угрожает нам этим кинжалом. Она что-то записала в свой блокнот. Видимо, мои показания, но они были неправдой.

Он был в коме. Все наше будущее зависело от того, выкарабкается он или нет. Он выжил. Впоследствии он рассказывал, как видел свой полет через тоннель и свет в конце, который ослеплял его. И он начал звать мою маму. Молил её забрать его оттуда.

Он не подал заявление, дело закрыли. Он знал, что и сам виноват, что она действительно просто защищалась от него.

Кое-как, втихоря от него, маме удалось продать квартиру и уехать к её родителям.

В то время бабушка и дедушка жили гораздо спокойнее. Дед совсем перестал пить. А его любовь ко мне была такой, что просто выплескивалась через край. Время с ним - самые прекрасные моменты детства.

Но маме не было так хорошо, как мне. Она впала в депрессию. Она могла не вставать с постели несколько дней. Она чувствовала себя разбитой и униженной, снова оказавшись в деревне, из которой так усердно стремилась сбежать.

Нужно было что-то делать, и дед договорился со своей родственницей. Так мама оказалась в Петербурге...