Уже не меньше недели силюсь что-нибудь написать и все откладываю - в голове беспорядок. Так что, как поет бессмертный…

Уже не меньше недели силюсь что-нибудь написать и все откладываю - в голове беспорядок.

Так что, как поет бессмертный Гуф - "это просто мысли вслух".

Три дня в послеродовом отделении сделали из меня абсолютного Робинзона: голенького, молчаливого и дикого.

Вообще эти "три счастливых дня" - стресс похлеще, чем родить. Не буду углубляться - от воспоминаний потряхивает, и предательски дрожит рука.

Про сами роды тоже как-нибудь отдельно. В общем, считаю, мне повезло. В первую очередь - с мужем и дочерью, которые мне помогали: они настоящие друзья и мои герои. А ещё мне повезло с акушеркой Переверзевой Татьяной Яковлевной (это я кстати все про 8ой роддом на динамо) - чудо-врач и человек.

Вот в такой прекрасной компании я начала свою новую жизнь.

В этой удивительной новой жизни все действия выполняются одной рукой, ни один напиток не попадает в рот горячим, а при чихе кажется, что внутренности вот-вот вывалятся. Это прекрасная жизнь! Только о ней почему-то совсем не хочется болтать. Может, это временно.

18-ть лет у меня был лабрадор Чук, теперь - бульдог Буля. И интеллигентный Чук и простолюдин Булька, получив что-то долгожданное и любимое, стремительно утаскивают это в укромное место, чтобы жадно беречь и наслаждаться.

Вот и у меня примерно так же. Если тяжело и устало - все равно Моё, если радостно и счастливо - Моё вдвойне.

При этом мне интересно и приятно наблюдать, как Избранное покрывается колясками, как растут, отъедают щеки, совершают первый заплыв в ванной чужие дети, ваши чудесные дети. Какое-то глубочайшее удовольствие - следить, как беременность становится материнством.

Ну вот и все, пожалуй.

Пойдём "мы" что ли спать. Даже неловко: в этом "мы" ( которое всегда резало слух) совсем не осталось меня - есть только она, моя дочь. И это круто!