Оборотная сторона раннего развития

Оборотная сторона раннего развития

Сегодня, как и 15 лет назад, прогрессивные мамы озабочены тем, что ребенка надо развивать прямо-таки с рождения. А как же! Ведь “после трех уже поздно”. К услугам мам методики Глена Домана, Лены Даниловой (на основе того же Домана, дополненная и адаптированная к российским реалиям), Сессиль Лупан, Масару Ибука (по большому счету, вариации того же Домана), Марии Монтессори, Тюленева и Сузуки, система Никитиных, методический материал Кюизенера, Денеша, Воскобовича, Чаплыгина, школа 7 гномов… Думаю, хватит для начала. И это только то, что я вспомнила. Уверена, что на поприще раннего развития подвизаются гораздо больше педагогов, психологов, просто талантливых людей, которым есть что передать детям.

Современная жизнь подливает масла в огонь, не отставая в своих требованиях. На моей памяти 3-х летний малыш должен был проходить собеседование, чтобы попасть в элитный детский сад, а собеседования при приеме на курсы подготовки к школе – сплошь и рядом.

При этом ребенку уже предъявляется ряд требований, что он должен уметь делать.

Вот и боятся родители отстать от этого темпа. И начинается: не успел человек родиться, как 10 раз в день карточки с кружочками, 5 раз – занятия по программе развития интеллекта, столько же – физические упражнения, сон и сеансы ползания в треке; по дому развешаны карточки со словами, а еще нужно послушать за день несколько музыкальных отрывков и текстов на иностранных языках, позаниматься развитием памяти, зрительного восприятия, тактильных ощущений…

Думаете, я утрирую? Ничего подобного! Жизнь моих старших детей протекала именно по такому графику с самого рождения. Как и жизнь еще 52-х детишек друзей и знакомых единомышленников, увлеченных в то время ранним развитием.

Математика, чтение, развитие интеллекта, музыка, рисование, иностранные языки, физкультура, развивающие игры всех сортов – вот что наполняло их детскую жизнь. Времени на “ничегонеделание” просто не было. Если дети просто играли, то взрослые следили, чтобы игра все равно охватывала зону ближайшего развития и тем самым развивала ребенка. На прогулке – занятия по окружающему миру. Кубики Зайцева и штанги Монтессори моя средняя дочь до сих пор вспоминает с ностальгией (как прикольно было первые грызть и вторыми драться). Дополняли картину ранняя социализация и общая развивающая среда (привет монтессори-классам и вальдорфской педагогике, про нее тоже не забыли).

К началу школьного возраста мы все были более, чем довольны результатами: общительные, не по годам физически и интеллектуально развитые, рассудительные, начитанные (а как же, читали все – самое позднее с 2-х лет), самостоятельные, отлично социализированные, с огромным кругозором дети – о чем еще могут мечтать родители? Такими детьми так удобно и приятно хвастаться!

Никаких отрицательных последствий интенсивного раннего развития мы не видели, наоборот, одни плюсы.

А потом у всех начались школы. И школы были уже разные. Должна заметить, что не знаю, каков был бы результат эксперимента, останься кто-то из этих детей на домашнем обучение, так как все то поколение, рожденное в 1997-2000-х годах, пошло в школы.

Трудности начались с первых классов. Нашим детям попросту было скучно даже в самых продвинутых гимназиях. С одной стороны, они очень многое знали и по многим вопросам гораздо больше, чем предполагала программа. С другой, знания эти характеризовались негибкостью, частичной систематичностью и по отдельным предметам обнаруживались большие дыры, которые не позволяли перепрыгнуть через класс. Ликвидировать пробелы теми же скоростными темпами не получалось, так как желание учиться, познавать новое, искать и добывать знания отсутствовали у этих детей напрочь.

Страшная часть айсберга раннего развития всплыла наружу – эти дети не хотели и не любили учиться! Они привыкли, что новые знания преподносятся им на блюдечке готовыми, загодя, задолго до того, как у них в сознании сформируется запрос на новую информацию. Они не понимали – а зачем нужно еще и еще что-то узнавать, так как сам процесс их уже за 6-7 лет предыдущей жизни изрядно пресытил. Мотивация на обучение отсутствовала как факт.

У кого-то родители схватились за голову и успели вернуть радость познания, к кому-то нашли подход учителя, а кто-то в этом вялотекущем состоянии так и проковылял до почти конца школы (самые старшие сейчас в 11-м классе).

В подростковом возрасте у всех обнаружился и еще ряд проблем, а так как все эти проблемы оказались общими (мы, родители, периодически до сих пор общаемся друг с другом, многие так и работают в одной организации, так что информацией обмениваемся), то с определенной долей уверенности можно сказать, что корни этих проблем лежат там же, в раннем детстве, которое целиком было посвящено “развивашкам”.

У всех детей очень лабильная самооценка, при этом она скачет от резко заниженной до неадекватно завышенной, но никогда не бывает адекватной.

Почти никто из них не умеет крепко и по-настоящему дружить, хотя поверхностно общаются в коллективе все очень легко. Ни у кого нет “лучшего друга”.

Для всех характерна сильная ориентация на сверстников и потеря привязанности с родителями (так ей, привязанностью этой никто и не занимался, как-то не до этого было).

Им очень сложно с профессиональной ориентацией и поиском своего пути в жизни – ничто не привлекает, все уже заранее кажется скучным и неинтересным.

Среди них очень мало творческих людей и практически нет исследователей по натуре, кого бы можно было назвать искателем, экспериментатором.

Зачем я все это пишу?

Оказалось, что за почти 16 лет, прошедших с рождения моего старшего сына, ничего не изменилось. Родители так же гонятся за ранним развитием. Хвастаются успехами своих 3-х, 4-х, 6-ти летних детей…

Часто я слышу на мамских форумах от родителей дошколят: “мы ходим в садик на целый день и с привязанностью все в порядке”…

А меня так и подзуживает спросить, а каким эти мамы хотят видеть своего ребенка в подростковом возрасте? И готовы ли они в этот сложный период столкнуться с оборотной стороной раннего развития?

Большинство из развивающих методик для малышей не развивают креативные способности, не стимулируют творчество, не учат учиться, не прививают любовь к познанию, вообще не учат осознавать, что вот он, этот познавательный интерес у меня появился и мне надо удовлетворить эту потребность познания нового.

Также большинство обучающих методик учат решать задачу в специально организованной среде, никак не обучая переносу навыка в реальную жизнь. Если Ваш ребенок лихо шнурует рамку Монтессори и на соседней так же быстро застегивает пуговицы, это совсем не значит, что завтра он так же лихо будет управляться со своей рубашкой и шнуровкой ботинок. Все методики Домана – обычное натаскивание, предполагающее переход количества в качество, который не всегда происходит. Кубики Зайцева отлично учат читать, но за скобками у большинства педагогов, а значит и детей, остается смысл прочитанного и осознание душевных переживаний героев (а этому тоже надо учить – сопереживать, сочувствовать, вырабатывать свое отношение к добрым и злым, видеть неоднозначность мира…) И так можно продолжать бесконечно.

Нет ни одной методики, которая бы развивала привязанность, сердечные отношения, любознательность, спонтанное творчество, жажду познания, стойкость при столкновения с трудностями на этом пути… Лишь только память, внимание, мышление, скорость мыслительных операций, силу мышц, зрительное, слуховое, тактильное восприятие…

А кому что важнее, – каждый родитель сам выбирает для себя… и своих детей.

P.S. Сейчас у нас растет младший, ему 6 месяцев. Мы с ним тоже занимаемся отдельными упражнениями из самых разных методик, но только когда и у него, и у меня есть настроение, нам обоим нечего делать и нет настроения заняться чем-нибудь более полезным, например, поесть грудного молока или поспать вместе :), т.е. исключительно ради моего развлечения и ни капли не систематически.

Ольга Родичева, психолог, мама троих детей