Меня могли бы звать Томирис. Так хотел мой отец - юрист по образованию, но в душе историк, человек, знающий цену великим именам. Он мечтал, чтобы его дочь носила имя легендарной царицы саков.
Но судьба распорядилась иначе. Апашка настояла, чтобы меня назвали Гаухар - в честь песни, которая напоминала ей о моём аташке. Его не стало ровно за год до моего рождения, и, возможно, это имя стало своеобразным мостом между нами, незримой связью сквозь время.
И всё же в этих двух именах есть нечто общее...