Любовь бывает… Продолжение 9 часть: учительница и ученик

Любовь бывает….

Продолжение 9 часть

После новогодних праздников школа погрузилась в привычную зимнюю суету. Сардаана сдержала слово и начала проводить дополнительные консультации. К её удивлению и скрытому восторгу, Мичил оказался настроен предельно серьезно. Он штудировал литературу, разбирал сложные темы и явно горел мечтой поступить в театральный вуз.

Но у этой медали была обратная, раздражающая сторона. На занятия к нему неизменно присоединялись две его одноклассницы. Девочки, которые явно симпатизировали Мичилу, использовали любую возможность, чтобы быть рядом: они громко смеялись, задавали глупые вопросы и постоянно пытались привлечь его внимание, выстраивая между ним и Сардааной невидимую, но прочную стену.

Сардаана терпеливо сносила это, сохраняя профессиональное лицо, но внутри всё сжималось от тоски по тем минутам, когда их взгляды всё же пересекались через головы болтающих девочек.

Но судьба, казалось, устала играть с ними в прятки. В один из холодных зимних дней дверь кабинета открылась раньше времени. На пороге стоял только Мичил. Девочек не было.

Он вошел, и Сардаана сразу поняла: он соскучился. В его светлых глазах читалась такая жажда встречи, что у неё перехватило дыхание. Вместо того чтобы сесть за парту напротив, как положено, Мичил придвинул стул и сел прямо рядом с ней, сократив расстояние до опасного минимума.

— Я весь твой, — тихо, с легкой хрипотцой произнес он, и от этих слов по спине Сардааны пробежали мурашки. — Давай начинать консультацию.

Сердце учительницы забилось где-то в горле. Она изо всех сил старалась сосредоточиться на учебнике, но её тело предавало её. Он притягивал её к себе, как мощный магнит, и она, несмотря на все доводы разума, не могла и не хотела сопротивляться этому притяжению. Сидя так близко, она вдруг с поразительной ясностью осознала: по своей внешности, по спокойной уверенности и глубине внутреннего ума он совершенно не казался школьником. Перед ней был взрослый, цельный мужчина, который точно знал, чего хочет.

Они начали обсуждать литературное произведение, но слова теряли смысл, превращаясь в простой фон. Их плечи случайно коснулись друг друга, и этот легкий контакт обжег, как разряд тока. Разговор оборвался на полуслове.

Сардаана медленно повернула голову. Мичил уже смотрел на неё. В его взгляде не было и следа робости или ученической неуверенности — только безграничная нежность и темная, всепоглощающая страсть.

Медленно, давая ей каждую секунду, чтобы она могла отстраниться, он протянул руку. Его теплые, сильные ладони мягко, но уверенно легли ей на талию, притягивая её еще ближе. Сардаана не шелохнулась. Она лишь приоткрыла губы, и в этот момент его губы накрыли её.

Сначала это был робкий, пробующий, невероятно нежный поцелуй. Но когда Сардаана тихо выдохнула и не отстранилась, а, наоборот, чуть подалась ему навстречу, поцелуй вспыхнул. Он стал глубоким, страстным и всепоглощающим.

В этот миг мир за окнами перестал существовать. Исчезли школа, сплетни, строгие правила и страх. Сардаана почувствовала, как внутри неё тает последний лед. Она буквально растаяла в его объятиях, забыв обо всем на свете, отдаваясь этому чувству целиком и полностью. Её руки сами собой нашли путь к его плечам, цепляясь за ткань его свитера, словно боясь, что это сон.

Когда они наконец оторвались друг от друга, в тишине кабинета было слышно только их учащенное дыхание. Мичил не отпустил её. Он придвинулся ближе, коснулся лбом её лба и, глядя прямо в её затуманенные счастьем глаза, прошептал одними губами, с бесконечной искренностью:

— Я влюбился в тебя с первого взгляда. Ещё тогда, когда ты стояла с пакетами и не знала, куда идти.