Любовь бывает: 6 часть истории учительницы и ученика

Любовь бывает…

(оказывается пропустила 6 часть)

Продолжение 6 часть

В тот момент Сардаане показалось, что земля буквально ушла у неё из-под ног. Классная комната вдруг стала тесной и душной, а школьный звонок, который должен был прозвенеть через сорок пять минут, казался недостижимо далеким. Всю оставшуюся часть урока она говорила на автомате, старательно избегая смотреть в конец класса. Но она кожей чувствовала его взгляд — теплый, внимательный и, казалось, слегка насмешливый. Ей хотелось лишь одного: чтобы этот урок поскорее закончился.

Когда наконец прозвенел спасительный звонок, Сардаана почти выбежала из кабинета. Оказавшись в учительской, она опустилась на стул и закрыла лицо ладонями. Ей хотелось провалиться сквозь землю.

«Какой позор, — стучало в висках. — Я, учительница, заигрывала со своим учеником! Я дала ему понять, что он мне понравился. Это же катастрофа!»

Дрожащими пальцами она достала телефон. Её палец завис над кнопкой удаления его контакта. *«Всё, никаких больше сообщений. Никакого общения. Этого не должно было случиться»,* — убеждала она себя, чувствуя жгучее облегчение от того, что пока не успела рассказать об этой встрече Анне. Этот позор она хотела унести в могилу.

Её мрачные размышления грубо прервал громкий, самоуверенный голос.

— Сардаана, поздравляю с первым рабочим днем! — Физрук Алексей Дмитриевич навис над её столом, преграждая путь к выходу. — Кстати, вчера, как только ты уехала, стало так скучно, что я тоже решил не засиживаться и поехал домой.

Сардаана внутренне содрогнулась от этой нелепой, бестактной лести. Она выдавила из себя вежливую, но натянутую улыбку, делая вид, что его слова её хоть как-то развлекают.

— Спасибо, Алексей Дмитриевич, — сухо ответила она.

— Если ты закончила, я с удовольствием подвезу тебя до дома, — продолжил он, не замечая её холодности.

— Нет, спасибо, — быстро отказалась она, хватаясь за первую попавшуюся причину. — Мне нужно срочно подготовить планы уроков.

Она просидела в учительской еще минут тридцать, уткнувшись в тетради, надеясь, что он уедет. Но когда она наконец вышла на крыльцо школы, Алексей уже стоял там, прислонившись к своей машине.

— Ну наконец-то! — радостно воскликнул он. — Я тебя уже заждался.

Сардаане стало невыносимо неловко. Отказаться снова, устроив сцену на глазах у всех, она не решилась. С тяжелым сердцем и опущенными глазами она направилась к его машине.

Но стоило ей открыть дверь, как её взгляд случайно выхватил знакомый силуэт чуть поодаль, на противоположной стороне улицы. Там, прислонившись к капоту, стоял Мичил. Он стоял, глядя прямо на вход в школу, явно ожидая её.

У Сардааны перехватило дыхание. Сердце болезненно сжалось от смеси стыда, сожаления и какой-то странной, щемящей тоски. Ей стало безумно неловко перед ним, но тут же включился внутренний защитный механизм.

«Может, это и к лучшему, — с горечью подумала она, захлопывая дверь машины Алексея. — Между нами уже ничего не может быть. Он мой ученик. Это граница, которую нельзя переступать».

Машина тронулась с места, но Сардаана всю дорогу смотрела в боковое окно, мысленно прощаясь с той искрой, которая едва не превратилась в пожар, так и не успев разгореться.