Первые выходные с приёмной дочкой: как наладить контакт с ребёнком из детдо

Приемное родительство. Первые выходные дома.

Мы забрали нашу девочку из детского дома на гостевой режим. То есть на выходные. Очень волнительный период, полный непонимания и смущения. Девочка боялась сделать лишний шаг, ждала команды. Говорила так же шепотом, приходилось прислушиваться и вытягивать каждое слово. Выходные прошли под девизом «не знаю».

Это так странно и непривычно, когда ребёнок искренне не знает, как и что он любит. Какой чай, что на завтрак, чем заняться, какой цвет, какую подушку выбрать… ребёнок, который вырос в детдоме не умеет желать. Там все просто: есть меню по дням, есть регламент, расписание и порядок. Помещая ребенка в систему, государство ему говорит «ты ничего не решаешь».

Спасибо воспитателям, что они прививают хотя бы обязанности и чувство ответственности за чистоту и порядок. Вот к этому вопросов нет. Девочка убирает игрушки за младшей без просьб. Просто видит и делает. Утром, когда девочка идет умываться, она уже одета и кровать заправлена. После творчества, рисования - всё убрано и лежит по местам. Ее научили не доставлять проблем и четко следовать правилам.

Первый день был решающим: мы обязаны были наладить контакт, иначе между нами так и осталась бы пропасть. И мы с мужем старались. Шутили, говорили как радио - не ожидая ответа или эмоций. Стучались в эту недетскую броню ребёнка без каких-либо ожиданий.

К вечеру достучались. Муж ушел по делам и я, уложив младшую спать, позвала нашу гостью пить чай. Аккуратно спросила, помнит ли она, как их забрали из семьи. Она помнила.

Я не считаю правильным рассказывать личные подробности её тяжелого детства… скажу кратко. Мать получала пособия. И бухала по-жесткому. Дети были предоставлены сами себе. Варили себе макароны и колбасу «красная цена».

Жили на заброшенной даче, где не было света, воды и газа. Зимой в каких-то общагах. Кругом алкаши, гастарбайтеры и прочие сомнительные личности. Дети часто прятались. Дети выживали.

Они чудом выжили. Это малая часть того, что с ним случилось.

Пока она рассказывала, я чудом сдерживалась, чтобы расплакаться.

Как-то, спустя неделю, она вернулась в разговоре к той части своей жизни, когда они жили на заброшенной даче и сказала:

- … очень тяжело было…

- на той даче?

- с мамой.