Мужчина? Зачем он мне? Сейчас, когда его нет, я могу спать до обеда, ходить по дому голышом, клеить под глаза смешные…
Мужчина? Зачем он мне? Сейчас, когда его нет, я могу спать до обеда, ходить по дому голышом, клеить под глаза смешные патчи, заказывать странную, в коробочках, еду и почти не использовать холодильник, смотреть глупые сериалы, работать, если надо, по ночам, зависать с подругами или подолгу шопиться с дочкой.
Это так классно. Это такая свобода быть, чувствовать себя, являть себя, и разве можно по собственной воле отдать её взамен...взамен чего, кстати?
Необходимости уступать? Обязанности отчитываться? Вынужденности идти на компромисс?
Когда я слышу нечто подобное, я думаю о трёх вещах.
О том, что многие из нас только ближе к сорока (или даже позже) обретают счастье узнать что-то про себя. Вот все эти патчи, еду в коробках, подходящий режим дня. Потому что до этого ты нон-стоп отвечаешь на потребности других. Например, на потребности тревожной и несчастной мамы, которой нужны только пятёрки или потребности первого мужа, адепта стерильной чистоты. А потом вдруг оказывается, что потребности, вкусы, выборы могут быть и у тебя самой. Это непривычно и здорово.
Ещё я думаю, как трудно нам даётся партнёрство. Мы неплохо подкованы в обороне, но не готовы раскрываться; умелы в демонстрации разочарования, но слабы в благодарности.
Мы входим во взрослые отношения с детской надеждой на мамину любовь, а получаем рядом такого же не знающего себя невротика, как и мы сами. В итоге не счесть историй, в которых два хороших человека несчастны до предела. Выгоревшие, разочарованные, они приходят к выводу, что любовь - инвестиция крайне неудачная, и больше никогда.
И ещё я думаю, как мало у нас времени.
Если только к сорока нам удаётся распробовать самих себя, есть большой соблазн застрять в мнимой самодостаточности. Она ведь, на первый взгляд, очень неплоха и обещает бескрайние возможности саморазвития. Так чего ж не бежать по этой гладкой дороге?
Но, как по мне, мы обретаем всю полноту себя только через другого, и психотерапевт может быть этим другим лишь на каком-то отрезке.
Потом нужен настоящий другой - муж или возлюбленный, друг или подруга, сожитель или соратник, а вместе с ним - тонкая со-настройка.
И она не про обслуживание чужих нужд - вообще ни разу не про них, а про особую общность, в которой ты существуешь ещё больше, чем прежде. И тогда патчи и коробки с едой уходят на задний план. Совсем они, конечно, никуда не исчезают, но из центра внимания превращаются в обычный жизненный аккомпанемент.
Потому что есть кое-что более интересное. И ещё потому что от тебя ничего не требуют и не отщипывают, а только тебя усиливают.