Сегодня ровно месяц.

Вернее уже вчера.

«Праздник» мне поперек горла, так же как и ёлка эта. Стоит, блестит. Блестит и бесит. Я должна была наряжать её взгромоздившись на стул и тихо материться, потому что иголки втыкались бы в пузо. Я и правда тихо матерюсь, но иголки впиваются не в живот (потому что его нет), а под ногти. Так мне и надо, говорю я себе, так и надо.

Месяц. Целых тридцать дней сумасшедших эмоциональных качелей, сдобренных гормональным сбоем и фонтаном из феерического пиздеца, что мне организовали окружающие.

Психолог спросил, на что я похожа сейчас внутри себя? Я ответила: моток спутанной колючей проволоки под напряжением в двести двадцать. Не соврала. Я действительно взрываюсь временами, и тогда тот самый «феерический» уже у близких. Их даже жалко становится иногда.

Сегодня вот шла мимо магазина с красивыми девчачьими платьями и накрыло. Только такие магазины теперь и попадаются. И я шла, запрокинув голову, уперевшись взглядом прямо в свинцовое небо, пытаясь затолкать слезы обратно. Даже накрасилась, чтобы не плакать. Не работает.

А ещё окружающие смотрят в календарик и думают «блин, ну как бы месяц прошел, должна была бы уже в норму прийти, че она не приходит то, кислыми щами светит, людей пугает?». Как будто я паровозик из Ромашково и куда-то опаздываю, чесслово. Как вообще можно ожидать, и тем более, требовать от женщины, внутри которой умер её ребёнок, чтобы она стала прежней? Глупо как-то и даже наивно, что ли. Сначала она познакомилась с собой настоящей, принимая решение, что её ребёнку не жить, а потом соприкоснулась со смерью. Прям там, у нее внутри умер человек.

Со мной хотят говорить, а у меня в голове только одна тема, один звук: щелк-щелк-щелк, щелкают ножницы в руках у врача. А потом они делят, что в какой контейнер класть. Щелк, и всё. И от меня отрезали кусок.

Мне сказали, станет легче. Я пока не представляю как и когда это случится. Сейчас хотя бы нет дурацких вопросов «как/зачем/почему?». Есть просто тупая, душащая боль, которая царапается изнутри и просится на выход. А выхода нет. Я ищу его, ползаю как слепой котенок в темноте, и даже не знаю, что ищу, но нахожусь в постоянном предощущении этого таинственного «чего-то».

Психолог советует много чего хорошего и интересного, я её очень за это люблю. Где бы я валялась без нее, не знаю. И одна из ее рекомендаций, это «выплеснуть свою боль». Не обязательно каждому встречному поперечному рассказывать, можно это мысленно сделать. Но у меня вот получается в буквы.

В общем, что могу сказать по итогу первого месяца. Просто не подходите к колючей проволоке, она под напряжением.