Девочки, какие стихи вас тронули до глубины души? Поделитесь любимыми, которые заставляют трепетать!

Безумно люблю этот стих♥️

Он долгих двадцать восемь лет

И двадцать восемь зим, к тому ж,

Хранил в себе один секрет

И был в семье примерный муж.

Всё было, вроде, как всегда:

Жена готовила обед...

Но приключилась вдруг беда:

Он взял и вспомнил про секрет.

Под шум и кислый запах щей,

Ворчанье Суженой с утра,

Он вспомнил всё до мелочей,

Как будто было то вчера.

...

Она сидела у окна,

И мягкий чудный лунный свет

Окрасил в бледные тона

Её прекрасный силуэт.

Струились пряди по плечам,

Скользили змейками на грудь,

И он подумал сгоряча:

Женюсь на ней когда-нибудь!

Он вспомнил всё до мелочей:

Изгибы линий, мягкость губ

И жар её простых речей,

И за окном огромный дуб.

Сплетенье рук, слиянье тел,

Каскад каштановых волос

И то, как он её хотел -

До исступления, до слёз.

Признаний трепетных поток,

(Как он на ушко их шептал!)

Смешной над ухом завиток,

Что от дыханья трепетал.

Она смотрела на него

Глазами влажными, как ночь.

Слова пьянили, как вино:

-Люблю тебя. Роди мне дочь.

...

С утра он потерял покой:

То суетился, то скучал.

Потом, закрыв лицо рукой,

Сидел на стуле и молчал.

Жена ворчала, как всегда,

Ругала убежавший суп.

И он отметил, что года

Ей, постаревшей, не к лицу.

Как не идёт ей белый цвет

И пряди крашеных волос…

И целых двадцать восемь лет

Всё как-то было не всерьёз.

...

Вдруг он вскочил, схватил пальто,

Забыл про шапку и носки.

Все двадцать восемь лет – не то.

Все двадцать восемь зим – тоски.

Нашёл тот дом. У дома – дуб.

Взбежал по лестнице стрелой.

Унять бы дрожь с холодных губ

И трусость гадкую – долой!

Наверное она сейчас

Пьет чай и кутается в шаль,

И из её прекрасных глаз

Струится тихая печаль.

А, может, принялась вязать?

А, может, кружево плести?

Так много надо ей сказать,

А, главное, сказать "прости".

...

Открыла дверь. В глазах – вопрос.

Ей было снова двадцать лет.

Каскад каштановых волос,

Знакомый сердцу силуэт.

Над ухом лёгкий завиток,

Как много лет назад, точь в точь...

- Вы не ошиблись?

- Нет, не мог. Вы Аня?

- Вера. Её дочь.

- А Аня?

- Мамы больше нет. Кто Вы?

Он повернулся вспять:

- Я шёл к ней двадцать восемь лет.

- Она ждала Вас… двадцать пять.

Как закружилась голова!

Как сердце ухнуло в груди!

И вспомнил он её слова

С мольбою: «Ты не уходи!»

Он сгорбился. Поплёлся прочь.

Сплетенье рук... Слиянье тел...

Люблю тебя... Роди мне дочь...

А он ведь, вправду, дочь хотел!

Как странно: Ани больше нет.

Заплакал. Бросил в тишину:

- Я буду много-много лет

Любить тебя. Тебя одну.

сентябрь 2008 г.

Константин Симонов — Открытое письмо: Стих

Я вас обязан известить,

Что не дошло до адресата

Письмо, что в ящик опустить

Не постыдились вы когда-то.

Ваш муж не получил письма,

Он не был ранен словом пошлым,

Не вздрогнул, не сошел с ума,

Не проклял все, что было в прошлом.

Когда он поднимал бойцов

В атаку у руин вокзала,

Тупая грубость ваших слов

Его, по счастью, не терзала.

Когда шагал он тяжело,

Стянув кровавой тряпкой рану,

Письмо от вас еще все шло,

Еще, по счастью, было рано.

Когда на камни он упал

И смерть оборвала дыханье,

Он все еще не получал,

По счастью, вашего посланья.

Могу вам сообщить о том,

Что, завернувши в плащ-палатки,

Мы ночью в сквере городском

Его зарыли после схватки.

Стоит звезда из жести там

И рядом тополь — для приметы…

А впрочем, я забыл, что вам,

Наверно, безразлично это.

Письмо нам утром принесли…

Его, за смертью адресата,

Между собой мы вслух прочли —

Уж вы простите нам, солдатам.

Быть может, память коротка

У вас. По общему желанью,

От имени всего полка

Я вам напомню содержанье.

Вы написали, что уж год,

Как вы знакомы с новым мужем.

А старый, если и придет,

Вам будет все равно ненужен.

Что вы не знаете беды,

Живете хорошо. И кстати,

Теперь вам никакой нужды

Нет в лейтенантском аттестате.

Чтоб писем он от вас не ждал

И вас не утруждал бы снова…

Вот именно: «не утруждал»…

Вы побольней искали слова.

И все. И больше ничего.

Мы перечли их терпеливо,

Все те слова, что для него

В разлуки час в душе нашли вы.

«Не утруждай». «Муж». «Аттестат»…

Да где ж вы душу потеряли?

Ведь он же был солдат, солдат!

Ведь мы за вас с ним умирали.

Я не хочу судьею быть,

Не все разлуку побеждают,

Не все способны век любить,—

К несчастью, в жизни все бывает.

Но как могли вы, не пойму,

Стать, не страшась, причиной смерти,

Так равнодушно вдруг чуму

На фронт отправить нам в конверте?

Ну хорошо, пусть не любим,

Пускай он больше вам ненужен,

Пусть жить вы будете с другим,

Бог с ним, там с мужем ли, не с мужем.

Но ведь солдат не виноват

В том, что он отпуска не знает,

Что третий год себя подряд,

Вас защищая, утруждает.

Что ж, написать вы не смогли

Пусть горьких слов, но благородных.

В своей душе их не нашли —

Так заняли бы где угодно.

В отчизне нашей, к счастью, есть

Немало женских душ высоких,

Они б вам оказали честь —

Вам написали б эти строки;

Они б за вас слова нашли,

Чтоб облегчить тоску чужую.

От нас поклон им до земли,

Поклон за душу их большую.

Не вам, а женщинам другим,

От нас отторженным войною,

О вас мы написать хотим,

Пусть знают — вы тому виною,

Что их мужья на фронте, тут,

Подчас в душе борясь с собою,

С невольною тревогой ждут

Из дома писем перед боем.

Мы ваше не к добру прочли,

Теперь нас втайне горечь мучит:

А вдруг не вы одна смогли,

Вдруг кто-нибудь еще получит?

На суд далеких жен своих

Мы вас пошлем. Вы клеветали

На них. Вы усомниться в них

Нам на минуту повод дали.

Пускай поставят вам в вину,

Что душу птичью вы скрывали,

Что вы за женщину, жену,

Себя так долго выдавали.

А бывший муж ваш — он убит.

Все хорошо. Живите с новым.

Уж мертвый вас не оскорбит

В письме давно ненужным словом.

Живите, не боясь вины,

Он не напишет, не ответит

И, в город возвратись с войны,

С другим вас под руку не встретит.

Лишь за одно еще простить

Придется вам его — за то, что,

Наверно, с месяц приносить

Еще вам будет письма почта.

Уж ничего не сделать тут —

Письмо медлительнее пули.

К вам письма в сентябре придут,

А он убит еще в июле.

О вас там каждая строка,

Вам это, верно, неприятно —

Так я от имени полка

Беру его слова обратно.

Примите же в конце от нас

Презренье наше на прощанье.

Не уважающие вас

Покойного однополчане.

По поручению офицеров полка

К. Симонов

___________________________

[Женщине из города Вичуга]

И один из любимых стихов Расула Гамзатова

Горящего сердца пылающий вздох

Поднимается в горы луна на арбе,

И туманом ее покрывается лик.

Кличет верного зятя и сына к себе,

Задыхаясь от гнева, почтенный старик.

– О жене твоей, зять, о сестре твоей, сын,

Слух недобрый ползет по соседним дворам.

И позор моих нынче коснулся седин,

Знать должны вы, что в этом повинна Марьям.

Непутевая дочь мне призналась сама,

Не скрывая в греховном бесстыдстве того,

Что от песен Махмуда она без ума,

И не только от сладостных песен его.

Над любым в этом доме лишь я властелин,

Пусть два острых кинжала покинут ножны.

Ты жену свою, зять, ты сестру свою, сын,

Порешить моей волей, не дрогнув, должны.

Отвечал ему сын:

– Будь спокоен, отец,

Я кинжалом смертельный удар нанесу.

И позору немедля наступит конец,

Лишь безгласное тело исчезнет в Койсу.

– Ты спокоен будь, тесть, – отвечал ему зять, –

Высока над ощеренной бездной скала,

Если вниз полететь, то костей не собрать,

И не птица Марьям, чтоб раскинуть крыла.

Каждый камень был черен, как будто агат,

По ущелью все дальше в полуночной мгле

Вел жену свою муж, вел сестру свою брат

К одинокой, высокой, жестокой скале.

Устремила Марьям опечаленный взгляд

В ту из белых сторон, где заходит луна.

И спросил ее муж, и спросил ее брат,

Не желает сказать ли что-либо она.

– Ты пред смертью стоишь на последнем краю,

Что последним желанием будет твоим?

– Вы позвольте, я песню Махмуда спою,

Больше жизни который был мною любим.

И дозвольте прочесть еще строки письма,

Их прислал мой возлюбленный с дальних Карпат,

Что от страсти к нему я давно без ума,

Ты прости меня, муж, ты прости меня, брат.

Муж сказал:

– Можешь спеть, потерявшая честь,

Пусть в гробу возвратится твой милый назад!

Брат добавил:

– Письмо его можешь прочесть.

Пусть зароют Махмуда на склоне Карпат!

Став над бездной, сняла перед ними чахто,

Пали волосы на плечи мягкой волной.

Жаль далек ты, Махмуд, не оценит никто,

Что темней ее волосы черни ночной.

Ворот душного платья рванула она

Так, что брызнули пуговки каплями слез.

Обнаженные груди, светлей, чем луна,

Рядом вздрогнувший вдруг озарили утес.

И запела Марьям.

По вершинам, как лань,

Ее голос летел, растопив облака.

Полоскавшая пропасти гулкой гортань,

Волны, будто коней, осадила река.

И с распахнутых в небе сторон четырех

Горы словно на главный сошлись джаамат.

И горящего сердца пылающий вздох

С дагестанской земли долетел до Карпат.

А как стала читать она строки письма,

Что нанизаны ярче коралловых бус,

Исчезать начала караковая тьма,

И заря как разрезанный стала арбуз.

От безудержной страсти, любви и тоски

Не стыдилась Марьям белоснежных громад.

Выпал мужа кинжал из ослабшей руки,

И кинжал уронил очарованный брат.

О горящего сердца пылающий вздох,

Ты поныне летишь среди каменных скал,

И каких ни настало бы в мире эпох,

Пред тобою бессилен холодный кинжал.

Ещё Есенина стихи очень люблю♥️