Не все знали о моей печали, боли, отчаянии. Знакомым на очередные пожелания во время застолья…

Не все знали о моей печали, боли, отчаянии. Знакомым на очередные пожелания во время застолья обзавестись, наконец-то, маленьким чудом, мы просто соглашаясь кивали и благодарили. Из года в год. И это было похоже на заезженную пластинку, мы с мужем итак заранее прекрасно знали, что будут желать гости на сегодняшнем вечере. Близкие же люди знали о наших безуспешных попытках, знали о нашей боли и бережно разделяли ее. В основном почти все не лезли со своими советами и рекомендациями (за что им огромное спасибо, нам только этого не хватало). Ведь мы перепробовали практически всё. Не вдаваясь в подробности, скажу лишь, что мы даже ездили в церковь, где я, не знавшая ни одной молитвы, так как в осознанном возрасте ни разу там не была, молилась сквозь слезы, выпрашивая маленькое чудо для нашей семьи. Для человека науки это означало переступить через себя и склониться перед своим бессилием. Но я еще и не на такое была готова.

«Это не гонка вооружений», - так я говорила себе, когда все вокруг беременели (что начинало ужасно подбешивать), а я нет. Но это не приносило утешения. Я чувствовала, как сердце ожесточается, как зависть проникает вглубь души. Еще немного и я бы не смогла общаться с беременными подругами или с теми, у кого уже есть детки, а, значит, потеряла бы всех, потому как все из них попадают в одну из этих категорий. В какой-то момент я вдруг перестала понимать, как вообще женщина может стать матерью, мне начало казаться, что это что-то нереальное, доступное только избранным, в чье число я явно не входила. Но что я осознавала отчетливо, так это то, что когда все получится, все, что было до этого станет неважным. Все мучения забудутся как страшный сон, уходящий вместе с поднимающимся солнцем. И этим солнцем станет мой малыш.