Звонили врачу из машины. Улыбались друг другу. Шутили, смеялись. Утро, пустая Москва. Все те же лучи…

Звонили врачу из машины. Улыбались друг другу. Шутили, смеялись.

Утро, пустая Москва. Все те же лучи солнца, что и в начале нашего с тобой пути.

Сейчас я вспоминаю все это, как кино. Доброе такое, ясное, любимое кино.

А тогда я следила за солнечным зайчиком на потолке машины, выгибала спину на схватке, видела отражение солнца в каждом окошке домов, мимо которых он вёз меня на встречу к тебе. Закрывала глаза. Шла навстречу боли. Но пыталась сбежать от липкого страха. От леденящих мурашек по позвоночнику. Снизу - вверх.

«Думаешь мы справимся?» (я)

«Даже не сомневаюсь!» (он)

«Нет, я не о родах. Там, дальше. С двумя. Мы же не потеряем себя? Друг друга? Доверие того, кто уже с нами? Сможем любить? Они смогут знать точно, что любим?»

«Мы уже можем.»

Немногословен, как всегда. А хочется, как всегда, чтобы был. Но снова схватка и ворота роддома.

Вещи в руки, глаза в глаза. Кажется, через грудь было слышно в объятиях, как два сердца выпрыгивают наружу в волнении. Страшно было обоим. Мы должны были встретиться уже внутри операционной.