Уже больше 4 месяцев назад родился мой младший сын Максим.

ПЦ, 37 недель, схватки... вместо пкс через 2 недели - экс, вместо спинной анестезии - и спинная, и общая💉, вместо 3 дней в пц - месяц.

Сейчас все знают, что такое ивл, все боятся коронавируса. До 26.12.2019 я не знала, как выглядит реанимация, какие бывают виды аппаратов ивл, какие есть пневмонии и что такое кювез. Сейчас все это начинает забываться, но первый месяц это казалось дном.

После операции кс мне сказали, что ребёнка забрали понаблюдать в реанимацию, так как у меня был гайморит во время беременности. Через 6 часов я встала и сразу же отправилась посмотреть на малыша. Да, я испытала шок. Он был в кювезе, весь в проводах, вокруг толпа врачей (хотя было около 19:00). Карпова Анна Львовна сказала мне, что состояние тяжёлое, что они борются за его жизнь. Тут мой шок и ужас стали нарастать ещё больше. Внутриутробная инфекция, не задышал, пневмония. Следующие 10 дней, пока Макс был в реанимации были самыми тяжелыми для меня. Я совершенно не была готова к такому повороту событий и не понимала, как жить дальше. Единственное, что я могла, ходить в реанимацию каждые 3 часа и постепенно начинать ухаживать за Максом.

На 11 день его неожиданно для меня перевели в отделение патологии новорожденных ко мне, и я впервые взяла его на руки. Да, он ещё был в проводах, но их было уже меньше. Я наконец-то могла находиться с ним все время.

Ещё через неделю ему сняли зонд и мне разрешили давать ему молоко из бутылочки🍼 . Он очень медленно и неохотно ел, но выбора у нас не было - с зондом не выписывают, надо учиться есть самому.

Ближе к выписке стены палаты давили на меня уже невыносимо сильно и очень хотелось домой.

После месяца в пц даже самоизоляция сейчас не так страшна. Самое главное я поняла уже давно - лишь бы близкие были здоровы!

Если ваш малыш оказался в реанимации, а вы в панике или растерянности, не стесняйтесь, вы можете написать мне личное сообщение - попробую вам помочь.

Что помогло мне в первый месяц:

🧩выстраивание своего режима и перенос внимания на необходимые бытовые дела. Каждые 3 часа я сцеживала молоко и ходила в реанимацию кормить, менять подгузник, посмотреть.

🧩я просила помощи. У врачей я просила психолога. У мужа - побыть со мной. Больше ни с кем общаться не могла.

🧩я отвлекалась на внебольничные темы. По совету психолога я даже вышла один раз на улицу, зимой это было особенно прелестно. Я читала книги, смотрела фильмы. Лучше всего тогда мне зашли почитать «Бегущая с волками» и Дидрик «Недоношенный ребёнок». Вечерами я общалась по видеосвязи со старшим сыном.

Почему так произошло?

Я искала ответы, читала много медицинских статей. Я думаю, что мои осложнённые орви и гаймориты во время беременности привели к многоводию и внутриутробной инфекции. Такие вещи вовремя лечатся антибиотиками в стационаре и ничего этого могло бы не быть. Но Новицкая не посчитала нужным вовремя меня направить в стационар или хотя бы назначить антибиотик. Когда я попала на приём в ПЦ уже во время второго гайморита, Нещерова настояла на антибиотике, но видимо этого было уже недостаточно. Ни Шварцкопф, ни Михайлов не увидели, что ребёнок меньше срока, хотя я всем твердила про позднюю овуляцию. В итоге в ПЦ с моими прекрасными узи даже не возникло мысли, что в 37 недель надо проколоть дексаметазон для раскрытия легких, потому что ребёнку нет 37 недель и есть риск, что могут быть сложности с дыханием. Но я была не слишком настойчива везде, доверяла врачам, а не себе.

Мне повезло, что все хорошо закончилось. Что мы оказались в пц, в команде хороших детских реаниматологов. Что мы справились.

Сейчас я уже вспоминаю это спокойнее. Даже радуюсь, что научилась постоянному мытью рук, дезинфекции, режиму. Сейчас это особенно ценно. Понимаю, что не так страшно ивл (страшно, когда аппарат без диагностики и реаниматологов - шутка). Понимаю, что все можно пережить, и потом это начнёт забываться. И самоизоляцию с коронавирусом мы тоже будем вспоминать через какое-то время уже спокойнее, главное - чтоб все были живы и здоровы! Здоровья вам и вашим семьям!