С недавних пор я знаю, где находится МОЕ самое страшное место на земле. Это реанимация новорожденных. Столько…
С недавних пор я знаю, где находится МОЕ самое страшное место на земле.
Это реанимация новорожденных. Столько материнских слез и боли, пожалуй, не видели ни одни больничные стены.
Здесь моют руки антисептиком до кровавых трещин, без остановки пищат приборы, все разговоры в полтона. К запаху стерильности этого отделения нельзя привыкнуть. Даже через месяц, когда ты как обычно рано утром прийдешь сюда, этот запах будет резко бить в нос. Мамы здесь не многословны. Каждая из них ловит любое слово других мам и врачей, но боится рассказывать о своём малыше. Особенно, если малыш делает уверенный шаг вперёд к выздоровлению.
Самые тяжелые дни здесь, когда кто-то из малышей устаёт бороться и его маме больше не к кому ездить в больницу. Врачи взволнованны и не отвечают на вопросы. Остальные мамы до последнего надеятся, что «пропавшую» мамочку с малышом просто перевели в другую больницу или на второй этап выхаживания. А потом каждая из них тихо плачет и молится о том, чтобы никогда эта дурная весть не пришла в ее семью.
В самих реанимационных залах плакать нельзя. Хотя хочется не плакать, а выть. Но к ребёнку ты идёшь только с улыбкой. Это уже потом ты можешь реветь и сползать по стене от боли в душе. Но как бы ни было страшно видеть своего малыша, обмотанного кучей датчиков, катетеров и прочих проводов, при нем ты должна быть сильной. Другого варианта нет. Ты единственная поддержка для своего ребёнка и вы вместе просто не имеете права сдаваться. Даже спустя время невозможно не прослезиться, вспоминая своего кроху в кувезе.
Но знаете, я все равно не хочу забывать об этом всём. Это наша история, и я горжусь тем, какой сильный мальчик выбрал меня своей мамой. Я очень постараюсь и дальше его не подвести.
6.02.20, 1,5 месяца дома