Для тех, кто убежден, что мужчины не должны плакать. И особенно мальчики.

Для тех, кто убежден, что мужчины не должны плакать.

И особенно мальчики.

Л. Петрановская

Что происходит при диссоциации? При диссоциации происходит реакция «замри». Происходит то, что называется диссоциативное расщепление. Та часть психики, которая страдает, которая чувствует не переносимые чувства, она отщепляется, как бы происходит отделение ее. Она капсулируется в такую капсулу. Она запирается. Возьмем не ребенка, возьмем взрослого. Представим себе солдата на войне. Идут военные действия, в бою у него на глазах убивают его друга. В этот момент он никак не может победить этот факт. Сначала у него может быть отрицание, и он может попытаться его спасти. Потом он понимает, что не может его спасти, победа не возможна. Он не может себе позволить заняться сейчас проживанием горя, смирением и принятием. Если он сядет и начнет плакать в этот момент – то сам тоже погибнет. Что ему делать? Как-то надо ему выжить в этой ситуации. Чувство не переносимое, очень сильное. В этот момент приходит запасной вариант психического замирание, не полное замирание вместе со всем тело, как зверюшки, а замирание части психики. Та часть психики, которой непереносимо больно, на нее накладывается психическая анестезия, она замирает. Она, как бы отделяется от всего остального, перестает осознаваться и запирается в такую капсулу. Эта возможность для людей переживать очень болезненные, очень экстренные ситуации. Мы знаем, что есть случаи, когда люди попадая в такие тяжелые, шоковые состояния, они несмотря на то что они были свидетелями гибели близкого, или другие тяжелые моменты, у него отключаются в это время чувства, и он продолжает высоко функционировать, несмотря на то что должны быть непереносимые переживания.

Если диссоциация длится короткое время, это нормальная, в пределах нормы, защитная реакция. Т.е. человек вышел из экстренной ситуации и после этого он может перейти к проживанию, смирению, принятию. Как только он переходит в безопасное состояние, у него начинает проживание, слезы. И если мы посмотрим на древние военные тортуры, мы увидим, что там обязательно всегда после битвы наступал период траура. Мы помним, что это описано у Гомера, в истории про Трои битва прекращается и обе стороны начинают хоронить своих умерших и оплакивать их. Или помните у Толкиена, когда они хоронят Барамира, несмотря на то, что они очень торопятся догнать отряд орков, они никуда не идут, пока не совершат погребальный обряд, содержащий оплакивание в виде песен, горевание. Потому что это способ, с помощью которого можно сохраниться психически. Если ты вынужден был выйти в диссоциацию во время боя, если ты вынужден был не садиться и переживать, - мы помним что он увидел умершего, но должен был продолжать сражаться, - то ты должен из этой диссоциации, при первой же возможности, выйти через плач, через слезы через смирение и принятие. Тогда ты будешь дальше живым, целым и будешь дальше жить. Так оно работает. Так оно и было во всех воинских культурах, где был культ крутых войн (папам на заметку это), всегда была культура плача. И приличный самурай обязан был плакать регулярно, испытывать тонкие чувства, оплакивать потерю друзей, плакать по тоске в разлуке с любимой. Без этого совершенно не возможно сохранить способность к сильной мобилизации.