Чем опасно «мы» для ребёнка

Чем опасно «мы» для ребёнка

Ответственность. На разных этапах взросления ребёнок может и должен осваивать разные виды ответственности. Осваивать их вместе с мамой, потому что он везде и всюду «мы», — очень удобно! Ведь эту самую ответственность он подсознательно несёт не один. Первый конфликт возникает тогда, когда в таком тёплом и уютном «мы» возникает первая трещина — должен сам. «Как это уроки сам? Как это моя двойка?» — ведь в школу-то пошли «мы».

2. Принятие решений. В 90% случаев «мы-мама» стремится всё решать сама. И эта статистика абсолютно оправдана, ведь в «мы-тандеме» состоят двое, и один из них явно старше, умнее, мудрее и точно знает, как надо. Ребёнок в этих взаимоотношениях — фигура чаще пассивная и ведомая, а потому принимать решения совсем не обучена. Из данного сценария, как правило, выходит несколько типов поведения ребёнка.

Классический удобный ребёнок: мама сказала надо — значит, надо. Как правило, такие дети совсем не любопытные. В то время как «неудобный» ребёнок может доводить родственников до исступления своими «зачем» и «почему», удобный спокойно делает, что скажут и задаёт минимум уточняющих вопросов. Вот только именно эти дети — первые в списке претендентов на попадание в плохую компанию. В подростковом возрасте эти ребята спешат прилепиться к сильному сверстнику или группе ребят, потому что именно они умеют решать, что делать и как. Как правило, это крайне зависимые от компании подростки, стремящиеся ничем не выделяться и полностью соответствовать той группе, в которую попали.

Нонконформист, бунтарь и «нехочуха». Задыхаясь от постоянного единения с «мы-мамой», сильный по природе ребёнок может затеять бунт. На приёме такая мама будет рассказывать, что он всё делает ей назло. Надо оговориться, что существуют естественные и плановые кризисы, когда «сделать наоборот» — это как бы проба пера ребёнка. Он, прощупывая границы взрослых, пробудет варианты поведения. Но в данной ситуации мы говорим не о временной ситуации, а о складывающемся паттерне (привычном способе) поведения. Делать не как все он будет не только дома, но и в школе, с друзьями. В подростковом возрасте такие бунтари часто возглавляют движения «против», главное — придумать, против чего пойти, а там уже дело за малым.

3. Границы. Основное нарушение психического развития на этапе «мы» происходит с границами взаимоотношений с миром. Ведь если везде и всюду — «мы», значит, всё, что есть у меня — это не моё, а наше. Всё, что у тебя — тоже наше? У такого ребёнка плохо формируются понятия «моё –чужое» и «нельзя — можно». Отсюда — частые конфликты со сверстниками, сложности взаимоотношений с окружающим миром. Ребёнок не чувствует, где проходит граница его личности и просто не может сориентироваться, где начинаются границы другого человека. В садике такие дети отбирают игрушки, не выдерживают элементарные нормы поведения, плохо обучаются совместной деятельности. В подростковом периоде мама может получить и обратный эффект: подросток, наевшись в детстве бесконечного «мы», отдаляется и отгораживается от родителей, максимально рано съезжает из дома и крайне неохотно делится деталями своей жизни.

Взрослые, воспитанные в бесконечном «мы», — это как будто бы хронически «невоспитанные» люди. Встревающие в чужой разговор, раздающие советы без спроса, вечно опаздывающие сотрудники, беспардонные начальники. Как правило, они плохо ориентируются во временных рамках, им чужды слова «планирование» и «расписание».

4. Эмоции и желания. Повсеместное мамино «мы» таит в себе ещё одну опасность — нарушаются внутренние взаимоотношения ребёнка с самим собой, он не может отделить свои чувства и желания от чувств и желаний окружающих. Как это обычно происходит: «мы устали», «мы проголодались и столько всего вкусного скушали», «мы замерзли» и так далее. Этим же «мы-мамам» вообще присуще отвечать за ребёнка везде и всюду (это тема для отдельной статьи). От такого взаимодействия нарушаются сразу несколько внутренних систем психики:

Эмоциональная зависимость.Невозможность отделить себя от мамы, особенно у ребёнка чувствительного. Прежде всего, это «бьёт» по его эмоциональной сфере, ведь мама зачастую рассказывает не только о том, что «мы» покакали или поспали, но и о том, что «мы» плакали, улыбались, злились и так далее. Таким образом ребёнок получает «запрет» на индивидуальные эмоции, психика реагирует на это, как правило, таким образом: «мне плохо и маме тоже плохо, а значит, то, что я испытываю, напрямую влияет на других людей». Такой ребёнок уверен, что от того, что он испытывает, зависят чужие судьбы. Именно этот человек в будущем будет испытывать чувство вины от того, что позволил себе огорчиться или расстроиться в присутствии других людей. Он же просто обязан всех радовать или, как минимум, не огорчать. Будучи в плену у собственных эмоций, такие люди очень боятся конфликтных, напряжённых ситуаций, ведь им придётся улаживать конфликты и сглаживать углы, и важно самому при этом ещё не расстроиться.

Отсутствие собственных желаний. Приписывание ребёнку тех или иных желаний — пожалуй, самая распространённая родительская ошибка. Объяснений данному эффекту много: во-первых, отсутствие полноценного диалога. Не может же ребёнок в год-полтора доходчиво объяснить, что конкретно он сейчас хочет. Поэтому мама прислушивается к своей интуиции и интерпретирует запрос ребёнка, исходя из собственных представлений. Во-вторых, отсутствие возможности реализовать собственные желания в полной мере в данный период. Так как жизнь матери в первые годы жизни малыша почти всецело зависит от его желаний, то про свои ей приходится либо забыть, либо умело их маскировать (а то «какая же вы мать, если всё для себя»). Такие заблуждения также становятся причиной того, что довольно часто вы можете услышать от мамы, что её малыш «просто обожает гулять по торговым центрам в разгар распродаж».