Почему разрешить ребёнку прогулять школу — вообще не стыдно и не страшно

А ещё иногда полезно, но детям лучше об этом не говорить

Какая дерзость — прогуливать уроки! Так можно дойти до крайности: ходить только на ОБЖ, забывать сменку и не кланяться в пояс завучу. Инна Прибора объясняет, почему просиживание штанов в классе может быть гораздо вреднее, чем осознанный прогул.

Прогуливать нехорошо. Как-то исторически сложилось, что школьник с пометкой в дневнике «не явился на урок» не тянется к знаниям. В массовом сознании это неуч, который курит за гаражами и ставит неправильное ударение в слове «звонит». В советском фильме «Утро без отметок» есть песенка со словами: «Если б не было школ… До того б человек докатился: В дикаря бы опять превратился». Там дальше идёт про звериную шкуру, дубину и про овладение пищевой культурой: «Ел руками бы мясо сырое…» В этой шутке, как обычно, есть только доля шутки.

Многие люди до сих пор наивно верят, что если ученик ходит в школу, его там всему научат. Причём подразумевается некая пассивность учеников: пока сидишь за партой, ты, как губка, впитываешь мудрость веков, ну ладно, не веков, а учителя. Его воздействие сродни радиации: просто сидишь в классе, а лучи незримо проникают сквозь тебя и меняют внутреннюю структуру. Выгнать из класса — самое страшное наказание, значит лишить света знаний. Иногда так бывает: есть педагоги, которые собирают аншлаги, заражают, увлекают, впечатляют, заставляют сердца биться сильнее. Но если бы все педагоги заражали страстью к предмету, стал бы школьник радоваться, когда в школе объявляют недельный карантин? Вряд ли.

Возможно, ещё пару-тройку десятилетий назад у детей действительно был небогатый выбор, где скоротать 40 минут до звонка: за этим гаражом или за соседним. Но сейчас, среди всей информации, соблазнов и образовательных движей, главный навык, которым надо бы овладеть хотя бы к концу школы, — научиться выбирать из кучи вариантов лучший, принимать самостоятельные решения, понимать свою мотивацию и растить внутреннюю дисциплину. Свободное посещение уроков нисколько не мешает развитию этих качеств, а даже наоборот — способствует.

Прогулы помогают понять, что ребёнку действительно интересно и расставить приоритеты

Ребёнок возвращается из школы, мама спрашивает: «Что было на уроке?». И он говорит о самом познавательном: «Мне удалось поточить карандаш и сделать оригами-лягушку». Нет, серьёзно, может, у него могло бы быть более полезное занятие? Одно принуждение способно убить всякий интерес, а мы ждём, что ребёнок будет испытывать интерес по звонку, только потому что в определённое время он сел за парту и правильно сложил руки.

Американские учёные Эдвард Дечи и Ричард Райан из университета Рочестера провели кучу исследований о мотивации и опубликовали их в книге Handbook of Self-determination. Вывод, к которому они пришли, не новый и не очень-то удивительный: в основе внутренней мотивации учиться и сворачивать горы лежат три основные потребности: компетентность, автономия и контакт с педагогом.

Компетентность, детское ощущение «я могу» в школе вообще не поощряется. Всё из-за жёсткой системы оценок и пренебрежения к усилиям ребёнка

Кому какое дело, что ты старался, что у тебя прогресс, что ты сегодня лучше, чем вчера. Две помарки — минус балл. Даже отличник не может себя чувствовать свободно, потому что шаг влево, шаг вправо — опять минус балл. Контакт с учителем — как повезёт. А самое интересное — это автономия. Ни один человек не любит, чтобы его контролировали. Иногда дети не любят учёбу как раз из-за обязанности делать однообразную работу в столбик. Наш традиционный вариант школы сводит к минимуму любую автономию: тебе говорят, что учить, когда, как, какого цвета ручкой писать, в какой одежде приходить и как правильно поднимать руку, если хочешь что-то сказать.

Когда прогульщик решает не явиться на урок, он во всяком случае сам определяет: «пригодится — не пригодится», «влетит — не влетит», «наверстаю или как?». Поэтому легче всего уходить с «неважных» в школьном ранге предметов: технология, светская этика, экология.

Если ребёнок просто ходит на все предметы, потому что они стоят у него в расписании, значит одно из двух: либо он ученик начальной школы и ещё не очень разобрался, что к чему, либо принял неизбежное зло и научился заниматься подпольной деятельностью, имитируя внешнее внимание.

Прогулы учат ребёнка делать выбор и учиться самостоятельно (во время прогула)

Само по себе присутствие на уроке не обещает, что ребёнок вникает в происходящее. Особенно если это происходящее — томительные ответы у доски и монотонный рассказ о классификации хордовых животных. Человек научится только тому, что ему интересно и что он хочет выучить. Если дочь месяцами ходит на занятие и не видит в химических формулах никакого смысла, скорее всего, проблема не в том, что она прогульщица, а в преподавании.

Разные новые технологии, например, перевёрнутый класс (flipped learning) как раз про то, чтобы убрать учителя-вещателя и взвалить как можно больше практической работы на плечи ученика. Когда ты сам определяешь, сколько источников перелопатить к занятию и чем именно порадовать товарищей, есть шанс увидеть смысл даже в подвижных играх ланцетников (примитивные морские животные — Прим. ред.). Да и цель, в общем-то, не в знаниях, которые ученик должен проглотить. Чем больше вокруг информации, тем меньше ясности, что именно должны запомнить вот эти курчавые ребята, которые пойдут устраиваться на работу лет эдак через 15. Умения учиться самому, делать выбор, слышать и понимать себя — ключевые компетенции в нынешнем веке. О чём, например, говорит в интервью разработчик «Школы инновационной педагогики», руководитель «НПО Игровое Образование» Андрей Комиссаров:

«Основные навыки для современных школьников — это умение обучаться самостоятельно и работать с неизвестностью. Они включают системное мышление, адаптивность, управление собственными органами чувств…».

Заметьте, ничего не сказано о заучивании наизусть закона Кулона к понедельнику. В общем, тот ребёнок, кто сказал: «Мама, закон Кулона очень давит на меня, я хотел бы поразмышлять о нём в тишине, и не ходить на физику», лучше подготовлен к вызовам будущего. Он как минимум доверяет маме, пытается слушать себя и принять собственное решение.

Прогулы развивают внутреннюю дисциплину ребёнка и помогают стать самостоятельнее

Чтобы не пойти на урок, у ребёнка должна быть какая-то веская причина: заразное заболевание, сорокоградусный мороз или нашествие инопланетных захватчиков, а лучше всё вместе. В противном случае, стыд и позор прогульщикам, и пусть у них будет такое же виноватое лицо, как у человека, которого застали за воровством колготок в супермаркете.

А почему, собственно, уважительной причиной не может быть поход на балет, решение задачи по программированию или организация стачки в столовой? Один мой друг в студенческие годы не пришёл на сессию, потому что увлёкся Достоевским и безвылазно сидел в Ленинке. И Карамазовы больше помогли ему разобраться с отношением к человечеству, чем сдача зачётов. В учебной части, правда, считали иначе, но факт в том, что наш внутренний интерес, который рано или поздно непременно обнаружится, будет играть роль посерьёзнее, чем навязанные сверху задачи. В детях заложены и любовь к познанию и стремление к поиску, а от нас нужно лишь немного веры в них.

Знаменитый педагог и философ Александр Нилл в книге «Саммерхил — воспитание свободой» пишет:

«Вы не можете заставлять ребёнка учиться музыке или чему-нибудь ещё, не подавляя его волю и тем самым, хотя бы в некоторой степени, не превращая его в безвольного взрослого. Вы делаете из них людей, безропотно принимающих status quo, удобных для общества, которому нужны люди, послушно сидящие за скучными столами, толкущиеся в магазинах, автоматически вскакивающие в пригородную электричку в 8.30. Короче говоря, для общества, сидящего на хилых плечах маленького дрожащего человека — до смерти напуганного конформиста».

Нилл установил в своей школе свободное посещение уроков, потому что считал, что главная задача родителей и педагогов — помочь человеку стать независимой личностью, а вовсе не обеспечить явку на шести уроках плюс классном часе.

Мы часто сосредоточены на внешней стороне дела: был на уроке или не был, что получил, где грамота. И реже спрашиваем: как тебе учительница? Попались ли интересные задачи на контрольной? Взволновал ли тебя этот параграф? Мы пытаемся прижать людей внешней дисциплиной, потому что боимся, что без неё человек пропадёт, а внутренняя дисциплина так и не вырастет. Что, если сделать рамки шире и позволить нашим, не самым глупым детям во Вселенной, решать больше, чем они решают сейчас? Вряд ли они спалят прихожую и будут голые плясать на пепелище. Мы в любом случае всегда рядом.

А ведь ещё есть альтернативные школы, где ребята разного возраста учатся по желанию и без временных ограничений. Голосуют ногами, уходят с занятий или, наоборот, засиживаются на них. Прогуливать в таком месте как-то нелепо, да и спать на занятии не принято. Возможно, именно там сидят те загадочные дети, которым нравится делать письменные упражнения. Если, конечно, с другой стороны дверь не подпирают их тревожные папа с мамой.

ссылка