Часть 25. Ночью было спокойно, но я всё время открывала глаза и не понимала, почему ребёнок не…
Часть 25. Ночью было спокойно, но я всё время открывала глаза и не понимала, почему ребёнок не просыпается на кормление. Потом до меня доходило, что он в реанимации. Так было несколько раз. Утром пришли медсёстры и сказали, что малыша переводят ко мне в палату. Я не могла поверить, что так быстро. Предполагала, что дня три он точно проведёт в реанимации, под ежесекундным контролем. А тут на тебе... Теперь нужно самой смотреть за ним. Конечно, есть врач и медсёстры, которые заходят каждый час. Но всё же... Я собрала вещи, чтобы переехать в другую палату. После операции ребёнка и маму размещают в отдельной палате, а не по два человека. Это очень удобно и по-человечески. Так как все дети по-разному переносят послеоперационный период, им нужно отдыхать и максимум спокойствия. Детей из реанимации забирают таким образом. Кроватка отправляется на 5 этаж, там малыша перекладывают в неё и везут в отделение. У нас была какая-то сломанная кровать, поэтому она громыхала на весь коридор, что означало, везут лягушонка в коробчонке. Он не спал, глаза были уже более адекватными, но ещё держалась температура, поэтому было видно, что ему плохо. Медсёстры подключили к монитору, пришел Владимир Петрович, сказал что будет заходить каждый час и всё контролировать. Моей задачей было мерить температуру, вовремя давать лекарства, звать медсестру, если показатели на мониторе ухудшатся. Малыш не спал. Пытался издавать звуки, но получалось только хрипеть. Я боялась последствий наркоза, врачи предупреждали, что может быть откат в развитии. Да и вообще всякое плохое может случиться. Врачи и медсёстры постоянно заходили, дверь в палату не закрывалась. Приходил хирург Сергей Николаевич Метлин. До операции он мне казался суровым и холодным мужчиной. А сейчас он был очень мягкий и приветливый. Нежно общался с ребёнком, улыбался. Красивый шов на груди Германа дело его рук. Да-да, врачи очень стараются делать малышам еле заметные тонкие швы. Доктор предупредил, что первое время ребёнок может выдавать странные реакции. Это последствия действия наркотических обезболивающих. Кто-то смотрит в одну точку, кто-то смеётся или плачет. Кто-то стонет. Герман просто был очень сосредоточен и серьезен, лицо опухло и он был похож на китайца. Серьёзного китайца. Разрешили покормить. Можно было дать 40 мл, далее каждые три часа увеличивать на 10 мл. Выпивал он эти граммы молниеносно. Жажда тоже последствие обезболивающих. Наступила ночь, я подвинула кроватку поближе, чтобы слышать дыхание, былр страшно не услышать изменения на мониторе, хотя пищал он знатно, если что-то не так. Мы уснули, ночь прошла без приключений. К середине следующего дня Герми первый раз после операции еле улыбнулся, через два дня улыбался широко, потом немного смеялся и начал снова гулить. Меня радовало, что он не растерял эти навыки. Маленькие дети самые живучие существа на планете. Вы не представляете, насколько быстро они восстанавливаются. Через неделю после операции нас выписали. Важный этап был пройден и теперь Герман живёт с заплаткой в сердце и металлическими пластинами в груди. Теперь он не бледный, а розовый и весёлый. И больше никогда не хмурит брови....#история_rin #
Екатерина·
Мама двоих (младенец)
Маленький герой Герман, сколько человек тут восхищается твоим мужеством и силой твоей мамы! Будь счастлив! а слезы текут...вы мне такие близкие стали за это время, все представляется в голове, как фильм, когда читаю вас.
Ксения·
Мама сына-младенца
Бодрости духа и здоровья Герману!
Пускай над вашим домом всегда будет ясное небо!