Ребёнок трёх лет от роду действительно был неадекватен. Его блуждающий взор не фиксировался ни на…

Ребёнок трёх лет от роду действительно был неадекватен. Его блуждающий взор не фиксировался ни на чём. Поставленный на пол, он начинал клониться то в одну, то в другую сторону, норовя упасть. На вопросы отвечал то правильно, то невпопад. При этом никаких видимых травм или хотя бы просто синяков у малыша не было.

— Когда всё началось? — Фельдшер уже колол мальчику палец скарификатором, беря кровь на сахар.

— Полчаса назад. — Взволнованная мать стояла рядом. — Он таблеток наелся. Да бросьте вы свои иголки. Его надо срочно промыть.

— Я разберусь. Покажите упаковку от таблеток.

— Где я вам её возьму? Они, наверное, без упаковки были.

— Что значит "наверное"? Вы видели эти таблетки?

— Не видела. Да бросьте вы фигню всякую спрашивать. Промывайте быстрее, пока он не умер.

— Где он взял таблетки?

— Ну, я не знаю. Мы гуляли на детской площадке. Сын копался в песочнице с лопаткой. Наверное, там нашёл.

Фельдшер ещё раз осмотрел рот малыша.

— Он что? Был чумазый, когда вы домой пришли? Рот в песке был?

— Да не был он чумазый! — Мама начинала истерить. — Делайте что-нибудь скорее. Промывайте!

— Мыть не буду. Насчёт таблеток сомневаюсь. Поехали, — фельдшер взял ребёнка в охапку, — здесь я ничем не помогу. Срочно в больницу.

Пока скорая, пугая окружающих водителей "крякалкой", неслась по разделительной полосе, фельдшер ещё раз начал допрос мамы.

— Куда ездили? Чем болел? Когда болел? Прививки? Ещё раз всё вспоминаем!

— Да ну, я уже говорила. Ничем не болеет. Никуда не ездили. Хотели только послезавтра к маме в Калугу в гости поехать. Вообще-то, раньше хотели поехать, да он сопливил неделю. Пришлось задержаться, потому что с соплями прививку делать в поликлинике отказались. Сказали, как выздоровеет. Вчера пошли в платную. Мне подруга сказала, что у них вакцина лучше, чем в районной.

Фельдшер напрягся.

— Когда прививку сделали?

— Вчера.

— А врачу сказали, что ребёнок только-только простудой переболел?

— Нет, — мамаша удивилась, — он же выздоровел. Мы пришли, я сказала, что нам прививку надо. Деньги в кассу заплатила, температуру сыну померили — нормальная. И сделали.

— В реанимации твой. Стабильный. Правильно, что на мамины фантазии не повёлся. Начал бы желудок промывать — глядишь, и угробили бы пацана, — невролог собирался домой после суток, когда в ординаторскую ввалился знакомый фельдшер. — Да и не такие дети идиоты, чтоб горькие таблетки из песочницы лопать. А диагноз ты почти верный поставил. Только не менингит у парня, а энцефалит. Но тебе как фельдшеру прощаю.

Доктор шутя похлопал фельдшера по плечу.

— Это ж надо было так совпасть, что живую вакцину на ослабленный иммунитет ребёнку вкололи. Не терпелось им. Меня матёрый инфекционист учил в институте. На каждой лекции твердил: пока минимум два месяца не пройдёт после болезни — никаких прививок. От греха подальше. А теперь всем достанется. И поликлинике, и платникам. И в Интернете народ завопит о вакцинах, которыми врачи детей калечат. Жалко, что маме ничего не будет. А надо бы до кучи