Че ты ревешь!!! Побережье Чёрного моря. На пляже много пар с детьми. Появляется семья: мама, папа и две девочки. Младшей…
Че ты ревешь!!!
Побережье Чёрного моря. На пляже много пар с детьми. Появляется семья: мама, папа и две девочки. Младшей лет шесть, старшей 8–9. Они устраиваются напротив меня. Вдруг маленькая утыкается в циновку. Мать замечает это и громко произносит: «Лиза, чё ты ревёшь». Не получив ответ, обращается к мужу: «Чё она ревёт». Мужчина оглядывает дочь и говорит: «Да она не ревёт».
Слышатся всхлипывания. Женщина, продолжая стоять, снова интересуется у воздуха: «Нет, ревёт. Чё ты ревёшь».
Фразу подхватывает старшая. Сестра нависает над младшей и несколько грозно выпытывает: «Чё ревёшь?! Чё ревёшь?!»
Наконец мать произносит: «Да она не ревёт. Она притворяется» и продолжает заниматься своими делами. Старшая поддерживает: «Лиза, ты притворяешься. Притворяешься!»
Маленькая ни разу не подняла голову, но всхлипы не утихали.
Ситуация разрешилась так: папа чем-то отвлёк плачущую дочку, малышка забыла о причине слёз, и через минуту девочки побежали играть в песке.
Вроде бы счастливый конец.
Но мне было грустно и тревожно. «Чё ты ревёшь» всё ещё билось в моей голове. Такое неприятное сочетание слов, недушевное, неуважительное, бесчувственное.
Родительское «чётыревёшь» — это не желание понять, почему ребёнок плачет и чем он огорчён. Фраза всегда произносится грубо, без вопросительной интонации, и звучит как требование: «Немедленно прекрати рыдать! Ты хнычешь из-за какой-то ерунды!».
Мамам и папам, любящим «спрашивать» малышей «чё ревёшь», сложно поверить, что и дети, и люди со стороны слышат эту фразу, переводят её, если хотите, именно так. «Чё ты ревёшь» — хватит, прекрати лить слёзы из-за всякой чепухи! Никому неинтересно, что ты сейчас чувствуешь, главное — перестань.
Ещё история. Гостевой дом на несколько постояльцев. На общей кухне большая семья собралась за ужином. Оживлённая беседа, смех.
Идиллия рушится в одну секунду. Оглушительное и внезапное, как гром, «ЧЁ ТЫ РЕВЁШЬ» заставляет вздрогнуть даже меня, хотя я сижу поодаль и фраза точно обращена не ко мне.
Огромный быкообразный мужик кричит на заплаканного мальчишку лет 10–11: «Я тебя спрашиваю, чё ты ревёшь?! Ну-ка немедленно в комнату! Пошёл в комнату, я сказал».
Перспектива остаться с отцом один на один пугает ребёнка ещё больше, слёзы катятся чаще, но мальчик шепчет: «Да я не плачу, пап. Не плачу…»
— Я СКАЗАЛ — ЖИВО В КОМНАТУ!
Мальчишка, не двигаясь с места, пытается оправдаться: «Меня мама ущипнула, вот слёзы и полились. Но я не плачу, пап… Я не плачу».
Всё это время большая семья молча следит за драмой. Не защитила ребёнка и мама. Она сказала только, обращаясь к мужу: «Оставь его, он больше не будет реветь».
И всё прекратилось.
Осталось только бездушное «чё ты ревёшь», брошенное в никуда.
Уверена, эти родители, да и все родители, любят своих детей. А это грубое сочетание слов — первая защитная реакция. Мы запоминаем фразу из своего детства, и она выскакивает автоматически уже с нашими детьми. А потом наши дети будут использовать «чёревёшь» со своими.
Понаблюдайте за собой. Когда плачет ребёнок, срывается ли у вас этот ужасный недовопрос? Если да, в следующий раз попробуйте себя остановить. Подойдите к ребёнку, присядьте к нему, приобнимите и просто спросите: «Что ты сейчас чувствуешь?».
Чтобы справиться с детским слезами, этого бывает достаточно.
Монтессори.Дети . Черниго .А