Я помню, как учила карту звездного неба, глядя в астрологический атлас и следуя за рассказами папы... И это детское,…

Я помню, как учила карту звездного неба, глядя в астрологический атлас и следуя за рассказами папы... И это детское, восторженное: "Папа, откуда ты все это знаешь?!"

Я не гуглю сегодня, даже не узнавая созвездия испанского неба. Я пытаюсь вспомнить, восстановить в памяти алгоритм, которому меня учил папа.

В этом частичка моего детства. Мое личное счастье - пользоваться памятью, а не Google.

И мне на самом деле не важно, насколько успешным будет мое вспоминание созвездий. Ценность - в этом моменте "один на один" с потоком сознания.

И я все чаще думаю, насколько у моих детей будет сформирована способность (=возможность) мыслить без помощи подсказок интернета. Насколько они будут способны оставаться наедине с самими собой?!

Конечно, у наших детей всегда будут моменты уединения — их не ждет жизнь стопроцентных зомби. Они, безусловно, смогут блуждать по лесу, голышом бегать по пляжу и иногда отвлекаться от цифровых устройств. Их жизнь станет чередованием соединений и разъединений с цифровым миром. Вопрос в другом: изменятся ли предпочтения, легко ли будет детям отключаться от сети и погружаться в одиночество?! Сможет ли Ваня однажды захотеть сбежать от суеты под крону дерева с книгой, оставив гаджеты дома. Чтобы почитать, помечтать, подумать...

Что если мы — последние мечтатели?! А наши дети утратят возможность убегать от мира и не смогут полностью оценить непреходящую ценность одинокого безмятежного созерцания?

- Ваня, посмотри, это облако похоже на зайку! - вслух.

- Ваня, посмотри на небо. Оно больше всего на свете. Мысли в его масштабах, - про себя.