Письмо сыну Здравствуй, сын! Уже завтра мы с мамой заберем тебя домой. У нас все готово – твоя…

Письмо сыну

Здравствуй, сын! Уже завтра мы с мамой

заберем тебя домой. У нас все готово –

твоя комната ждет тебя. Кровать, в которой

пока спит большой медведь, шкаф с

одеждой, спортивный комплекс, книжки и

огромный ящик с игрушками. За игрушки,

кстати, я отвечаю – у нас с тобой уже есть

солидный такой автопарк, железная дорога,

конструктор большой и даже вертолет с

дистанционным управлением. Мама,

правда, не одобрила покупку автомата,

солдатиков и танков, пацифистка этакая,

но они все равно есть – лежат себе

спокойно у меня на работе, ждут своего

часа…

Мама заснула, а я решил написать тебе

письмо. Ты скоро вырастешь и начнешь

задавать вопросы о том, как появился в

нашей жизни и как мы жили без тебя.

Расскажу тебе правду: ты – дитя,

рожденное СЕРДЦЕМ, ты – НАШ и только

НАШ сын. О тебе мы узнали из

криминальной хроники. Я никогда не видел

твоих биологических родителей, к

большому счастью для них, пусть они живут

долго и параллельно. Испытываю к ним

смешанное чувство искренней

благодарности и лютой ненависти, после

того как узнал историю твоей жизни ДО

НАС. Ты родился зимой, в холодном

феврале прошлого года. Пеленкой тебе

служил рулон обоев, кроваткой – мусорный

бак возле строительного общежития. Твой

первый месяц принес тебе фамилию

Синюхин, двустороннюю пневмонию и

ампутацию двух крошечных пальчиков на

левой ножке. В этом месте твоя мама

всегда плачет – девчонка, что с нее взять. А

я всегда говорю, что ты у нас – богатырь,

чемпион по выживанию и последний герой.

Я горжусь тобой, сын! Это у нас с тобой

фамильное – добиваться высоких

результатов путем принятия неординарных

решений. Главное – никогда не сдаваться!

Когда нам с твоей мамой сказали, что у нас

НИКОГДА не будет детей, мы решились на

усыновление. Ты спросишь, что такое

усыновление? А я отвечу – это просто

альтернативные роды. Мы боролись за

тебя! Было нелегко, на войне как на войне.

Но про эмоции и переживания – это к маме.

Мы победили всех: орков и гоблинов,

чиновников и бюрократов, юристов и

медиков, опеку и попечительство, долгую

ШПР. Труднее всего было с

родственниками, но теперь добрая их

половина на нашей стороне. Я тебе больше

скажу – вместе мы победим весь твой

«букет» диагнозов, ты не бойся! И ножку

вылечим, и посмотрим еще, у кого тут ЗПР!

Вспомнил, как меня твоя мама отправила в

магазин футболки тебе покупать. Четко

сказала – 80-й размер. Я долго смеялся, у

меня-то 54-й, ничего себе богатырь у нас

растет. Оказалось потом, что 80 – это рост

в сантиметрах, и для твоего возраста это

совсем не много…

Кстати, мы решили поменять тебе имя.

Выбирали всей семьей. Дедушка предложил

Федором, в честь полярника Конюхова, а

бабушка была согласна на все, кроме

Оюшминальда (в смысле Отто Юльевич

ШМИдт НА ЛЬДине) и Руаля (в честь

Амундсена). Мы с мамой, не сговариваясь,

предложили настоящее богатырское имя.

Думаю, тебе оно понравится больше, и ты с

радостью будешь на него откликаться. Так

что теперь ты будешь Илья Соколовский, а

не Антон Синюхин.

Знаешь, я купил тебе синий беговел и шлем.

В гараже стоит, маме еще не показывал.

Уверен, что скоро ты не просто ходить

начнешь – побежишь! А уж заговоришь ты

еще быстрее – мама наша такая болтушка.

Вчера она купила книжку для тебя,

большую, с красивыми картинками про

безусловную родительскую любовь, и

читала вслух. Мне запомнилось несколько

строк, где малыш-Лисенок спрашивает

своего папу: «А если любовь износится или

ослабеет? Можно ее как-нибудь починить и

склеить?» и получает такой ответ: «Этот

вопрос можно задавать бесконечно. Я знаю

только, что буду любить тебя вечно!»

Вот и утро настало… Иду варить маме

кофе. До скорой встречи, сын!