ДОРОГА В НЕБО Глава 39

ДОРОГА В НЕБО

Глава 39

Гнев Пилатессы

Следом за принцессой их отвели назад, к реке с иониками. Пилатесса сказала хвалебную речь, поблагодарила всех за усердную работу, после чего долговязый, забыв о своей бородке, помог ей взойти на помост, перекинутый с берега на борт водяной кареты, запряженной пятью иониками. Даша с тоской посмотрела на толстые соединенные цепью серебряные браслеты на своих руках и присела на мягкое сиденье, обитое белым пушистым материалом, расположенное за креслом принцессы. Рядом опустился Руслан, гномы внесли клетку с рыдающей феей и молчаливой колибри. Ногли принцесса почему-то не стала допрашивать, даже словом не обмолвилась о том, что в преступлении участвовала священная птица королевства. – Трогаемся, Шахран, – приказала принцесса ворону. Несмотря на мягкий тон, это был именно приказ. Ионики двинулись по реке, карета плавно скользила за ними. Руслан молча рассматривал браслеты на своих руках и о чем-то сосредоточенно думал. Пилатесса коснулась висков и с раздражением посмотрела на фею. – Если ты сейчас не умолкнешь, я оставлю тебя тут, будешь работать на рудниках вместе с гномами! Эдлая перестала рыдать, да и слез видно не было, она взлетела на качели и, усевшись, плотно сжала губки. Повелительница удовлетворенно кивнула: – Так-то лучше. Карета медленно двигалась по мерцающей розовым светом реке, они плыли вдоль высоких стен, огибали спускавшиеся чуть ли не до воды сталактиты. Казалось, ионики не знали устали. Они безропотно тянули карету, замедляясь лишь ненадолго, чтобы набрать в ладошки воды и плеснуть себе в лицо или омыть тело. Принцесса сидела с закрытыми глазами и иногда перекидывалась незначительными фразами со стражником. Шахран ей каждый раз учтиво отвечал, между делом покрикивая на иоников. – Думаешь, их можно снять? – шепотом спросила Даша, позвякивая цепочкой от наручников. – Я… – Руслан не успел закончить, его перебила Пилатесса: – Еще никому не удавалось освободиться от наручников. Это непростые кандалы. Если вы предпримете попытку снять их, серебро станет накаляться, пока идея побега не исчезнет из вашей головы. Это ужасная боль, – принцесса обернулась и чуть приподняла уголки губ в насмешливой улыбке, – никому такой не пожелаю, так что будьте умниками, а то, боюсь, запахнет жареным. Даша содрогнулась, мысль о побеге ее уже посещала, она была уверена, что они смогут убежать. Во многих фильмах ей приходилось видеть, как наручники открывают заколками, именно так она собиралась разделаться с браслетами на руках. Ей даже показалось, что после сказанного принцессой рукам стало жарко. Она покосилась на друга. – Веришь? – Ну да. Пилатесса снова обернулась к ним. – Откуда вы? Я не видела вас раньше в своих владениях. – Мы… – начала Даша, но потом неуверенно посмотрела на Руслана, предлагая ему ответить, откуда они. – Мы из России. Принцесса недолго молчала, потом отвернулась. Ребята переглянулись. – Не знает, где это, – вздохнула Даша. – Немудрено, – хмыкнул Руслан, снова погружаясь в невеселые мысли. Течение усилилось, вновь появились стены из черного камня в серебристую крапинку, ионики теперь не шли по дну, а плыли. Через прозрачную воду хорошо просматривалось дно, можно было любоваться камнями и сновавшими туда-сюда разноцветными рыбками. Послышался шум воды, и принцесса приказала: – Держитесь крепче. – Зачем? Что будет? – испугалась Даша. Руслан вцепился в подлокотник диванчика – впереди появилась стена, они неслись прямо на нее. Ребята заметили, что запряженные ионики проплыли под каретой и машут им на прощанье руками. – Но как… – Не успела Даша договорить, как карета накренилась, а затем, перед самой стеной, ухнула вниз. Они летели в кромешной тьме по реке, точно с огромной горы. Принцесса не издала ни единого вопля, в то время как Даша и Эдлая верещали от ужаса. Руслан мужественно молчал, ворона с колибри тоже слышно не было. Карета подскочила и, словно пробка из бутылки, вылетела из пещеры, всех ослепил яркий свет, ребята зажмурились. Когда же они открыли глаза, увидели Радужный город: блестящую на солнце воду, замок, тот самый, которым они любовались с холма, прежде чем зайти в пещеры, коричневые домики, окруженные зеленью, узкие улочки, мостики, хрустальный забор с зоркими грифами. Даша задрала голову, посмотрела на возвышавшиеся над ними золотые горы, величественные и, казалось, непреодолимые. Небольшая расселина у подножья, откуда они вырвались минутой ранее, зияла черной пастью. Карета неслась по реке, грифы кланялись своей принцессе, а Пилатесса одаривала их еле заметной улыбкой. В солнечных лучах ее глаза казались зеленее, шелковистые волосы отливали синевой, а блики от черного бисера на платье цвета перламутра придавали легкому, воздушному образу таинственности. Даша ненароком залюбовалась, пока не заметила, что не она одна заметила преображение Пилатессы. Руслан не сводил с принцессы любопытного взгляда. Девочку это задело, укололо в самое сердце тоненькой иголочкой, но виду она не подала. Карета тем временем достигла конца города и повернула – река кольцом окружала столицу королевства Колибри. Течение быстро несло их, ветерок приятно трепал волосы, солнце припекало голову, лишними были только кандалы и всплывавшая в сознании мысль о возможной казни. – Мы так и будем кружить вокруг города? – спросил Руслан. Пилатесса удостоила его мимолетным взглядом и снизошла до ответа: – Скоро будет поворот в город. И правда, спустя пару минут карета приостановилась, затем свернула в узкий канал, проплыла под украшенной драгоценными камнями аркой и плавно вошла в город. Повсюду сверкали хрустальные мостовые, аккуратные здания были выполнены кем-то очень добросовестным, строго по линейке. Встречные люди и звери с улыбкой приветствовали повелительницу, люди снимали шляпы и отвешивали поклоны. Трудно было представить себе, что кто-то из них боится или не любит принцессу. – Идеальный мир, – пробормотал Руслан. – Ты что-то сказал? – усмехнулась Пилатесса, обращая на него взор прекрасных малахитовых глаз. – Тут, наверно, никто не мусорит, – Руслан проводил взглядом маленького мальчика, опустившего бумажку в хрустальную урну, больше напоминавшую вазу для цветов. Принцесса звонко рассмеялась: – Мусорят? Какая глупость, в моем королевстве никто не мусорит. – Как вы их приучили? – восхищенно воскликнула Даша. – Милочка, – повелительница посмотрела на нее сочувственно, будто впервые в жизни услышала подобную глупость, – кто же станет мусорить, если штраф столь высок. – Насколько? – полюбопытствовал Руслан. – Настолько, что в моем королевстве мусорят только самоубийцы, а таких глупцов, к моей великой радости, мало. – Жизнь? Штрафом является жизнь? – тихо спросила Даша. Пилатесса вытянула руку и подозвала ворона, девочка уже подумала, что принцесса о ней позабыла, но это оказалось не так. – Из тебя могла бы получиться чудесная правительница, – сдержанно заметила Пилатесса, когда карета проплыла под хрустальным мостиком и очутилась в огромном озере. Вода тут не была такой прозрачной, как в реке и каналах: темно-синяя, гладкая, словно зеркальная поверхность. В ней отражался солнечный замок, а от прозрачных, словно капля росы, башенок исходила радуга. Завороженная таким великолепием, Даша пропустила комплимент принцессы мимо ушей, Руслан ответил за нее: – Даша слишком добрая, чтобы кого-то жестоко наказывать. Пилатесса презрительно фыркнула: – Глупенький, правитель не сможет принять ни одного правильного решения, пока он в споре с собственным сердцем. Добрый правитель – это самое бесполезное существо, какое может находиться у власти. Истинный правитель справедлив, но не добр, запомни это. – Не хочу, – проворчал Руслан, отворачиваясь. Принцесса вздернула изящные черные брови. С ней никто никогда не позволял себе так неуважительно разговаривать. Неподдельное изумление, смешанное с негодованием, было написано на ее хорошеньком личике. Шахран деликатно покашлял и объявил: – Мы прибыли, ваше величество, прикажите… – Прикажу умолкнуть, – холодно оборвала она и наградила ворона таким убийственным взглядом, что у бедняги подкосились лапы. Пилатесса поднялась, волосы от резкого движения рассыпались по плечам, глаза ее метали молнии, грудь высоко вздымалась. В своем белом платье она напоминала ангела возмездия. Даша от страха боялась пошевелиться, друг тоже заметно оробел, но старался держать себя в руках. – Ты, дерзкий невоспитанный простолюдин, как смеешь говорить со своей повелительницей в таком тоне! Мои подданные и за меньшее отправлялись на смерть! Ты, видать, не в своем уме, если играешь собственной жизнью! – Он… – попыталась заступиться Даша, но принцесса приказала ей: «Молчать!» – и, прищурив глаза, взглянула на нее, словно грациозный хищник, готовый к прыжку. Даша вздрогнула и, нащупав руку друга, крепко ее сжала. Принцесса заметила это и снисходительно усмехнулась: – Хороший правитель одинок, он не имеет права принимать решения по зову сердца. Любить и быть любимым – это роскошь для смердов. – У вас ведь нет сердца, – громко сказал друг. Даша увидела, как нервно дернулся клюв ворона, колибри сжалась в комочек, а фея и вовсе закрыла голову руками. Пилатесса схватила Руслана за шиворот и подняла на ноги. Рука ее взлетела и залепила ему звонкую пощечину. Даша тихонько всхлипнула, голова друга мотнулась, все замерли. Он не заплакал, не кинулся просить прощение, а просто стоял и смотрел исподлобья на принцессу. – Ну как? – осведомилась Пилатесса. – Обычно, – спокойно ответил он, – а если честно, то довольно слабо. По силе удара вы не годитесь моей матери даже в подметки. Щеки принцессы заалели, она воровато оглянулась и, убедившись, что слуги все видели, с силой толкнула его в грудь. Руслан взмахнул руками, наручники противно звякнули, и он упал в воду. Даша с дикими воплем вскочила: – Он не умеет плавать! Пилатесса обнажила ровный ряд белоснежных зубок и как ни в чем не бывало заявила: – Я в курсе!