ДЕВОЧКИ, ИЗВИНЯЮСЬ!!!

ДОРОГА В НЕБО.

ГЛАВА 24

Художница

Ребята проводили изумленными взглядами паука, Руслан усмехнулся: – Вот тебе и сам себе хозяин, вот тебе и делает что хочет. – Думаю, можно идти дальше, наверно, он уже не вернется, – Даша вздохнула и прибавила: – Так здорово, что мы пообщались, я всегда очень боялась пауков. – Теперь не боишься? – Друг вглядывался в подрагивавшую стрелку компаса на ладони. – Совсем не боюсь, мне даже понравилось его гладить. Руслан с сомнением посмотрел на подружку, но ничего говорить не стал, а лишь скомандовал: – Идемте, а то мы никогда не доберемся до страны Восходящего солнца. Ногли послушно слетела с дерева и уселась ему на плечо. Руслан посмотрел на колибри, и птичка проворчала: – Гнездо вить не буду, не нужно на меня так строго смотреть. Даша оборачивалась в надежде, что паучок вернется, но его все не было. Шли они долго, и Руслан уже начал нетерпеливо посматривать на притихшую Ногли. Даша не выдержала первой: – Долго нам еще идти? Колибри встрепенулась. – Идти? Хм… – Чего ты ее спрашиваешь! – фыркнул Руслан. – Она не идет, в отличие от нас, а едет. Подруга улыбнулась и снова спросила: – Ногли, мы очень устали, скажи, пожалуйста, долго еще? Колибри призадумалась: – Не очень, но все зависит от скорости взмахов крыльями, ну, вы понимаете. – Если честно, то не очень, – огорчилась Даша. – Близкого пути я не обещала, – разобиделась Ногли. – Не спрашивай ты ее, она ничего не смыслит. Сама подумай, сколько мозгов может уместиться в головке с наперсток. – Вот ты как! – рассердилась птичка. – Ты злой! – И рад этому, – буркнул Руслан. – Есть хочется, – вспомнила Даша и тоскливо взглянула на окружавшие их огромные стволы. – Когда выйдем из леса, поедим, – объявила Ногли. – Что? – в один голос спросили ребята. – Ну… Цветы отыщем, нектара попьем. – Тьфу! – Руслан прикрыл глаза. – Госпожа Мозг-с-наперсток позабыла, что мы не колибри и не можем втянуть нектар через нос. Даша захихикала, а друг выглядел разъяренным и обиженным одновременно. Ногли взлетела с его плеча и пересела на плечо к девочке: – Он все время меня будет обижать? У него что, трудное детство, да? Руслан не обратил внимания на язвительную реплику и пошел вперед. – Он очень хороший, просто ты его сердишь, – прошептала Даша. Ногли с сомнением склонила головку набок: – Я тебе не верю, но пусть будет так. – Чего вы там шепчетесь? – обернулся друг. – Мы обсуждаем, какой ты гадкий мальчишка, – сообщила Ногли. – Неправда! – возмутилась Даша. – Гадкая – как раз ты, – не остался в долгу Руслан, – и остальные колибри тоже гадкие, всю футболку изодрали. Ногли только хотела что-то ответить, но Даша не позволила: – Ну все, хватит, прекратите обижать друг друга! – Я ее не обижаю, она сама нарывается! – возмущенно воскликнул Руслан. – Ничего я… Так бы они и препирались, если бы в этот момент не услышали чьи-то жалобные всхлипы, доносившиеся с дерева. Ребята задрали головы, а колибри взлетела на ветку и сообщила: – Все в порядке, это маленькая фея. – Чего уж там «в порядке», если она плачет, – подымаясь на цыпочки, чтобы рассмотреть фею, произнес Руслан. – Спроси, почему она плачет! – потребовала Даша. Фею они не видели, слышны были только горестные всхлипы, от которых сердце сжималось в комочек от жалости. – Не говорит, – Ногли вернулась к Даше на плечо и беспечно прощебетала: – Я сделала все что могла. – Ничего ты не сделала! – подбоченился Руслан. – Противнее птицы я еще не видел. – Я же ее спросила, не хочет говорить, так и не надо, нам некогда! Даша неотрывно следила за веткой, откуда слышались всхлипы, и не зря: сперва показались маленькие белоснежные пальчики, затем – курчавая головка. Два любопытных зеленых глаза, еще полных слез, уставились на них. – Какая красавица! – изумилась Даша. Фея осмелела, свесила с ветки стройные ножки и спрыгнула. Ребята испуганно ахнули, но фея почти у самой земли расправила прозрачные крылышки и зависла в воздухе так, что ступни легко касались травы. Она напоминала куколку из магазина игрушек. Длинные курчавые золотистые волосы до пояса, белоснежная кожа, чуть раскосые глаза, обрамленные длинными ресничками, одета в серебристое платье с пышной юбочкой, колыхавшейся при каждом взмахе крылышек. – Меня зовут Эдли, сокращенно от Эдлая, – представилась фея. Даша приветливо улыбнулась и назвала их имена. – Куда вы идете? – спросила фея. – В страну Восходящего солнца, но тебе с нами нельзя! – прощебетала Ногли. – Это не тебе решать, – не отрывая завороженного взгляда от феи, пробормотал Руслан. Даша нахмурилась, друг еще никогда не восхищался кем-то так откровенно. Она попыталась отогнать ревностные мысли, но это у нее не получалось. Стало так обидно, что хотелось расплакаться, как совсем недавно несравненная красавица Эдлая. – Почему же ты плакала? – сдавленным голосом спросила девочка, хотя самой хотелось схватить Руслана за руку и поскорее увести отсюда. – Ах, это ужасно, просто ужасно! – На личико феи легла тень. – Я бездарность. – Правда? – неподдельно заинтересовался Руслан и тут же добавил: – Не могу в это поверить. – Ну почему же, всякое бывает, – против воли вырвалось у Даши. Друг вытаращил глаза и посмотрел на нее: – Что с тобой? Она покраснела, поспешила отвернуться и как можно беззаботнее сказала: – Ничего… ничего! Фея совсем не обиделась на нее и грустно поведала: – К завтрашнему дню я должна нарисовать картину, а я не могу. – А обязательно рисовать? – Руслан сделал к фее неуверенный шаг. – Если картина не будет готова, принцесса меня накажет. – Снова эта принцесса, она всех тут терроризирует! Надо что-то с этим делать! – Нам? – не сумела скрыть удивление Даша. – А что? – Друг немного смутился и философски заметил: – Если не мы, то кто? – Ты такой смелый! – сложила на груди ручки Эдлая. – Но нам домой надо, или ты забыл? Мы ведь хотим найти волшебницу! – А где ваш дом? – полюбопытствовала фея. – Далеко, – позабыв дружелюбие, бросила Даша. – Мы сами не знаем, – поспешил объяснить Руслан и бросил на подружку хмурый взгляд. – Чтобы попасть домой, нам нужна волшебница из страны Восходящего солнца. – Какие же вы счастливые, все феи мечтают однажды попасть в страну Восходящего солнца! Даша поморщилась: – А чем тут плохо? – Раньше, давным-давно, тут было хорошо, феи играли целыми днями, пели, танцевали, не было у них горя и забот. Но вскоре кончилась счастливая жизнь, нами стала править девочка с каменным сердцем, и наступили дни рабского труда. Теперь феи не играют, не поют, не танцуют и никогда не смеются. Мы должны рисовать – целыми днями, вечерами, а иногда и ночами. Даше стало жаль несчастных жителей королевства. Ей вспомнились бесправные светлячки, малыш Ло, мечтающий стать художником, усталая Лисинда, Баба Яга, чьих родителей разлучили жестокие законы, и стало грустно. – А что тебе нужно нарисовать? – спросила Ногли. Фея закрыла лицо ладошками и заплакала. – Ну вот, снова ты! – разозлился Руслан. – Молчи лучше, если не можешь ничего путного сказать! – Ну и пожалуйста, очень надо! Эдлая всхлипнула и прошептала: – Мы должны нарисовать Пилатессу, она отобрала десять фей и потребовала от нас свой портрет. Завтра во второй половине дня она выберет лучший и вознаградит художницу, а худшие работы сожгут на площади – вместе с теми, кто их нарисовал. – С ума сойти, правда, что ли, сожгут?! – Так сказала принцесса, она не бросает слов на ветер. – Эдлая снова заплакала, а Руслан ходил вокруг нее и пытался утешить, но получалось у него плохо. Даша молчала, хотя ей хотелось кричать, Ногли тоже помалкивала, но ей явно было что сказать. – Завтра меня сожгут! Я не умею рисовать, и принцесса будет оскорблена, когда увидит нарисованный мной портрет… Лучше его и вовсе не показывать. – А можно посмотреть рисунок? – попросил Руслан, устав наматывать круги вокруг феи. Эдлая отняла от лица ладошки и кивнула. – Сейчас я его принесу. – Она улетела, но вернулась так быстро, что они словом не успели перемолвиться. Даша подошла поближе к другу, потому что именно ему фея вручила свое творение, и посмотрела на лист в раме из сплетенных полевых цветов. Изумлению ее не было предела. Ее удивила вовсе не красивая черноволосая девочка на портрете, а изящество, с которым он был выполнен. Картину писал искусный художник, таких еще поискать. Она видела, как непонимающе хмурится друг, как с любопытством наклоняет голову Ногли. Эдлая застыла в воздухе со сложенными молитвенно ручками и, кажется, даже не подозревала, каким талантом обладает. – Меня сожгут, правда? – горестно выдохнула фея и разразилась слезами. Колибри неопределенно хмыкнула, а ребята только и смогли пробормотать: – Вот это да!