ДОРОГА В НЕБО. Глава 23

ДОРОГА В НЕБО.

Глава 23

Посланник с благими вестями

Они наконец достигли леса, но колибри все не отставала. – Я вам помогу, без меня вы попадетесь! Я знаю, как пройти незамеченными, возьмите меня, вы не пожалеете! Руслан первым вошел под тень деревьев и обернулся. Даша с порхающей вокруг нее колибри стояла в лучах солнца и улыбалась. Волосы в беспорядке, сарафан как его футболка: кое-где в мелких дырочках от клюва птиц, руки-ноги исцарапаны, заколка в виде божьей коровки съехала на затылок. Но улыбка грела как солнце в жаркий день и даже потрепанный вид ничуть девочку не портил. – Ну как там? – Голос подружки вывел его из задумчивости. Он огляделся и пожал плечами. – Вроде нормально, прохладно только. Даша подошла к нему, колибри устремилась следом. – А почему бы тебе не полететь в страну Восходящего солнца одной? – спросил Руслан колибри, усевшуюся на нижнюю ветку дуба. – Зачем мы тебе нужны? Птичка не успела ответить, вмешалась Даша: – Пусть остается с нами, если так хочет, она ведь нам не мешает. Он хмыкнул и без возражений двинулся между деревьями. Тропы не было, они шли по невысокой травке. Там, куда попадали лучи солнца, виднелись цветочки. – Не так быстро! – крикнула Даша. – Нога болит. – Забыл, – сознался Руслан, дожидаясь, пока подружка дойдет до него. – Подорожник! – радостно вспомнил он и полез в карман. – Думаешь, поможет? – с сомнением взяла у него лист девочка. – Откуда у вас эльфийский подорожник? – изумилась колибри. Даша сняла босоножку и приложила подорожник к вспухшей лодыжке. – Эльфы никому не позволяют рвать волшебный подорожник. Вам подарил его предводитель эльфов, да? – Что-то вроде того, – соврал Руслан и посмотрел на Дашу, снявшую лечебный листик. – Ну как, помогло? – Не знаю, – подружка поднялась и пошевелила ступней. – Не больно. – Еще бы, – воскликнула колибри. – Эльфы самые лучшие знахари во всем королевстве, даже волки тайно обращаются к ним за помощью. – Можно идти дальше, теперь все нормально, – объявила Даша и надела босоножку. Руслан сверил путь с компасом и махнул вперед, куда указывала стрелка. – Откуда у вас компас Яги? – Колибри взлетела с ветки и приземлилась ему на руку. – Ты задаешь слишком много вопросов… – На миг мальчик задумался. – Как там тебя звать-то? – Ногли, – представилась птичка. – Хорошо, Ногли, если ты хочешь быть с нами, не приставай с расспросами, – предупредил Руслан. – Ягу сторонятся, она нелюдимая, многие ее побаиваются. – А нам она показалась хорошей, – возразила Даша, стараясь идти с другом в ногу. – Не знаю. – Колибри села ей на плечо. – Я ее никогда не видела. – Если ты ее не видела, откуда знаешь, что она нелюдимая? – удивился Руслан. – Слухи. Ребята засмеялись. Лес сгущался, светлых пятен встречалось все меньше, воздух становился прохладнее. Даша засмотрелась в сторону и угодила лицом в паутину. Она взвизгнула. Пауков она боялась с младенчества, однажды один особо крупный залез в ее розовый манеж. Друг подскочил к ней и помог снять паутину. Когда же дело было сделано, они услышали недовольное бурчание: – Ну вот, столько трудов насмарку, так всегда, ну что за жизнь! На уцелевшей части паутины сидел жирный мохнатый паук и укоризненно смотрел на них. – Мамочки, – прошептала Даша и спряталась за плечом Руслана, пролепетав: – Мы не хотели, не сердитесь! Друг усмехнулся. – Такому огромному пауку ничего не стоит сплести такую паутину, даже лучше. – Оно конечно так, – согласился паук, – но я старался, работал всю ночь, не покладая моих бедных лап. – Простите, я не хотела, мне очень жаль, я виновата, но я сожалею, – затараторила Даша, не отрывая испуганных глаз от двигающихся мохнатых лап паука. – Виновата-виновата, стрик трудился, старик работал, а ты… ты пришла и все испортила! Даша не успела даже вскрикнуть, как паук потянул за ниточку и очутился у самого ее лица. – Симпатичная, миленькая такая, – отметил паук, повиснув перед ней вверх тормашками. – Спасибо, – выдавила она из себя, изо всех сил стараясь сдерживать дрожь. Руслан заметил, что подружке страшно, и подтянул ее за руку к себе. Паук разочарованно вздохнул. – Работу мою испортили и даже поговорить по душам не хотите. – Он спустился на паутинке ниже, опустился на землю и побежал по толстому стволу дуба. – Жестокие люди, жестокие, обидят и уходят, вот какие вы, вот как обращаетесь с тем, кто слабее и не может за себя постоять, – бормотал он, поднимаясь вверх по дереву. – Ну что вы, – воскликнула Даша, – мы хотим, очень хотим с вами поговорить! – Да я ведь вижу, как ты вся такая симпатичная скривилась, знаю я, что ты думаешь обо мне: «Урод мохнатый, да его невозможно полюбить». А я вот что скажу: и такого можно любить, можно, я уверен! Руслан застонал, он-то знал, как легко растопить сердце подружки. Она не могла пройти мимо того, кто нуждался в ней. Не могла никого бросить без помощи, и ее все любили, потому что добрее и искреннее не сыскать. Она как никто умела сочувствовать и ободрять, даже жалость у нее была другая – не унижающая. – Я совсем так не думаю, – прошептала Даша и, покраснев, прибавила: – Если только самую чуточку. – Понял я, понял, – паук снова повис на паутине. – Кто бы мог подумать, что пауки такие чувствительные, – прощебетала Ногли, взлетая с Дашиного плеча и пересаживаясь к Руслану на голову. – М-м, да я могла бы тут устроить себе временное гнездышко, – обрадовалась птичка. Руслан тряхнул головой, Ногли только у самой земли успела взмахнуть крылышками и не упасть. – Ты чего это?! Чуть не убил! Мальчик пригладил взлохмаченные волосы и бросил: – Никакого гнезда на моей голове ты не совьешь, наглая… – Не найдя слов, он умолк и обиженно поджал губы. Даша подошла ближе к дереву и протянула руку. – Видишь, я совсем не боюсь, залезай ко мне на ладошку. Паук недоверчиво спросил: – Правда? Можно? – Да-да, конечно можно, забирайся! Паук медленно, точно сомневаясь, двинулся вниз по стволу, туда, где девочка держала вытянутую руку. Добравшись до цели, он поставил одну лапку на маленькие пальчики и снова спросил: – Можно? Даша осторожно взяла паука и сама посадила себе на ладонь. – Ну вот, ты очень хороший и милый, – проворковала она, поглаживая паучка указательным пальцем. От удовольствия паук зажмурил глаза. – А мы скоро полетим дальше? – нетерпеливо спросила Ногли, про которую все благополучно забыли. – Можешь лететь одна, никто не возражает, – буркнул Руслан, все еще обиженный из-за попытки птицы свить на его голове гнездо. – Не нужно таить обиду. – Ногли наклонила головку набок и клюнула ветку, на которой сидела. – Я ведь просто спросила, нельзя так нельзя, я не настаиваю. – Я заметил. Но если бы тебя не согнал, ты бы уже приступила к работе, меня не спросив! – А вот и нет, я бы так не сделала! – А вот и да! – А вот и нет! – Ну хватит! – воскликнула Даша, перестав гладить паучка. – Он первый начал, – сразу же перевела стрелки Ногли. – Ну да, не выдумывай, не я собрался вить на твоей голове гнездо! – А я бы между тем вовсе не обиделась, – с достоинством произнесла колибри и, нахохлившись, отвернулась. – Давайте не будем ссориться, – умоляюще посмотрела на друга Даша и снова вернулась к паучку. Больше ей не было страшно и противно, напротив, паучок оказался приятным на ощупь, совсем не таким, как она думала. – А куда вы идете? – полюбопытствовал паук, переползая с ладошки по руке и взбираясь на шею. – В страну Восходящего солнца, к волшебнице. – Помню-помню, был я однажды в этой стране, красивая. Вот бы снова там побывать. Руслан не успел и рта раскрыть, как подружка предложила: – Хочешь, милый паучок, пойдем с нами?! – Я бы с радостью, да не могу. – Почему? Жена не отпускает? – Нет, я холостой. Холостой я, делаю что хочу, сам себе хозяин, никто не смеет мне ничего говорить. – Тогда почему не можешь? – Принцесса, Пилатесса наша, не разрешает, каждый из нас в любую минуту может ей понадобиться. – А что вы делаете? – Ну, паутину плетем… – Для принцессы? Зачем ей ваша паутина? – Руслан улыбнулся. – Я слышал, ей драгоценные камни нравятся. – Ах, для принцессы, для нее мы не паутину плетем, мы посланники ее светлости, как правило к врагам. – К врагам?! – ахнула Даша. – Мы приносим врагам принцессы благую весь о помиловании. – И только? – Бывает, еще передаем требования о выплате штрафа в казну ее светлости, но чаще она посылает за этим стражников. – Почему? Разве паук не может все сразу сказать? – Может, но если у преступника нет возможности заплатить штраф, стражники отводят его в тюрьму, пауки не обладают такими полномочиями. – Понятно, – протянул Руслан, радуясь в душе, что паук не может к ним присоединиться: ему хватало бесцеремонной колибри. – А что делают в тюрьме с теми… – Даша не договорила: раздался пронзительный визг, паук как ужаленный соскочил на землю и помчался на звук, доносившийся из чащи, но прежде чем скрыться, крикнул: – Мне пора, это главная паучиха, она созывает нас, прощайте, друзья!