ДОРОГА В НЕБО. Глава 20

ДОРОГА В НЕБО.

Глава 20

Васька становится Фадеем

Яга сняла кота с подоконника и погладила. – Ну не знаю, в прошлый раз он не представился, – призналась она ошеломленному Руслану. – На днях пришел, накормила обормота, теперь заходит. – Похож на Ваську, – сказала Даша, разглядывая пушистого серого кота с большими желто-зелеными глазами и темно-коричневым носом. – А кто такой Васька? – отпуская кота, спросила Яга. – Мой кот, он погиб под машиной, – выдавил из себя Руслан, еле сдерживаясь, чтобы не подбежать к коту и не обнять его. – Погиб? Хм, значит, этот не твой! – засмеялась старушка. – А раз пришел, голоден, видать. – Чем же вы его покормите? – удивилась Даша и позвала: – Кис-кис, Васька, иди сюда. Кот вразвалочку двинулся к ней, Руслан не спускал с кота взгляда, но тот на него даже не глядел. – Смотри-ка, отзывается, – усмехнулась Яга. – Назову я его, пожалуй, Василием, а то Васька – как-то неблагородно. – Что ты знаешь о благородстве, Яга! – неожиданно промурлыкал кот и вскочил Даше на колени. – Ой! – испугалась девочка. Кот боднул ее головой, и она погладила его по выгнутой дугой спине. – Неблагодарный! – обиделась Яга. – Я его кормлю, а он, видишь ли… Руслан сел на место и с замирающим сердцем спросил: – Ты Васька? – Матушка моя, уважаемая Муська, при рождении нарекла меня Фадеем, – промурлыкал кот и улегся на коленях у Даши. – Фадеем? – повторили в один голос ребята и переглянулись. – Именно, – кот скосил один глаз на Ягу и твердо заявил: – Как хочешь, бабка, но Василием я не стану. – Немым ты мне нравился больше, – проворчала Баба Яга и махнула рукой: – Пес с тобой, назовись хоть фигой с маслом. – Есть будем? – осведомился Фадей, лениво прикрывая глаза. – Так похож на Ваську, – дрожащим голосом прошептал Руслан и отвернулся. Его душили слезы, но он не мог показать подружке, как ему плохо: она стала бы его жалеть, и мальчику совсем этого не хотелось. А Яга и вовсе могла засмеять. Старуха тем временем достала из сундука темно-синюю скатерть в крупный белый цветочек и подошла к столу. – Ну-ка, помоги, малец! – скомандовала она. – Сними со стола самовар. Руслан, часто моргая, чтобы ни слезинки не вытекло, снял самовар, Баба Яга встряхнула скатерть и постелила на стол. Перед тем как моргнуть, он заметил, что столик как будто стал пошире, а когда через миг посмотрел на него – не узнал. Стол был заставлен едой. Даша тоже во все глаза смотрела на возникшие из ниоткуда кушанья. В миске – круглая картошечка, посыпанная укропом, целая горка пирожков, блины, блюдечко варенья, банка молока, домашний сыр, нарезанный ломтями. Глаза разбегались. – Чудеса! – выдохнул Руслан, водружая на стол самовар. – Садись скорее, молодец, – поторопила Яга и обратилась к коту: – А ты пойди в угол, молока налью. Фадей послушно спрыгнул с колен Даши и прошествовал в указанный угол, к сундуку, из которого Яга достала пустую миску и, как обещала, налила молока. Потом старуха расставила на столе три кружки. – Как вы это все сделали? – спросила Даша. Протянула руку, взяла картошину, поднесла к носу, понюхала и только тогда откусила. – Настоящая. – Ничего я не делала, – проворчала Яга. – Отец это мой придумал скатерть заколдовать. – Ах, вот как, скатерть заколдована! – огорчился Руслан. – Поесть нельзя? – Почему нельзя, можно и даже надобно. Однажды удачный выпал год, стол ломился от яств, – вспомнила Яга, пододвигая к столу сундук и присаживаясь на него, – вот папенька и придумал заколдовать скатерть, чтобы всякий раз, когда мы кушать садимся, еда да появлялась. – Здорово, вот бы мне такую скатерть, – уплетая картошину за картошиной, с набитым ртом пробубнил Руслан. Даша свернула блинчик конвертом и окунула в варенье: – Вкусно-то как, мы уже третий день нормально не ели. М-м-м, а варенье клубничное, мое любимое. – Кушайте-кушайте, вы сегодня хорошо поработали. – Баба Яга умяла пирожок с капустой, запила молоком и зевнула. – На боковую уж пора. Руслан доел еще один блин и поднялся. – Я все, спасибо, было очень вкусно. Фадей, напившись молока, запрыгнул на подоконник и принялся умываться. – Совсем как Васька, – вздохнул мальчик, поглядывая на кота. – Заладил, малец, Васька-Васька, сказал же тебе, обормот, как кликать его, смотри, а то разобидится. Баба Яга ухватила скатерть за край и встряхнула. Ничего не посыпалось на пол, как они ожидали, точно и не было никакой еды, а им все это почудилось. Вот только набитые животы не могли врать. Ребята были сыты, впервые за эти дни наелись до отвала. Старуха аккуратно сложила скатерть и спрятала в сундук, затем забралась на печь. – Компас я вам дала? – Дали, – показал компас Руслан. – Ужином, как обещала, накормила? – Накормили, – закивала Даша. Яга развела руками и заключила: – Больше ничем помочь не могу, спать мне надо. – Спасибо, нам пора идти. – Даша подошла к подоконнику и обняла Фадея. Кот вытерпел ласку и пожелал: – Счастливого пути. – Руслан, – позвала девочка, – ты разве не обнимешь Ваську, то есть Фадея? Он робко обнял кота и мог поклясться, что тот поморщился. – Наверно он просто похож на твоего Ваську, – подала голос с печи Яга. – Да, скорее всего, – наблюдая, с каким удовольствием кот моет за ушком, согласился мальчик. – Да похож, просто похож. Даша взяла друга за руку: – Я думала, Васька один такой – а оказывается нет. – Похож, – убито прошептал Руслан и, не глядя на кота, отошел в сторону. Фадей перестал мыться, развалился на подоконнике и промурлыкал: – А может, и не просто похож. Руслан с надеждой взглянул на кота: – Ты Васька, ведь так? – Уй, – застонала Яга, – молодец, а ноешь – ну прям девчонка. Даша заметила, что друг покраснел, и заступилась: – Васька погиб, а он даже не успел с ним попрощаться. Мы очень его любили! – Любили не любили, – проворчал Фадей, – а умер в одиночестве. – Откуда ты знаешь?! – вскричали ребята. – Я, позвольте признаться, многое знаю да помалкиваю. – Спать мне надо, – напомнила Яга. – Подите на улицу. Болтают и болтают, распрощаться все не могут. – Все, уходим! – улыбнулась Даша и потянула друга. – Идем. Руслан коснулся мягкой лапки и прошептал: – Если ты все-таки каким-то чудом Васька, прости меня, мне очень жаль, что я не смог быть рядом в нужный момент. – Уверен, твой Васька все понимает, – отвернулся от него кот. – Я как раз очень хочу, чтобы он понял. – Прощайте, – Даша взялась за ручку двери. – Прощай-прощай, – проворчала старуха, хитро посмотрела на Руслана и подмигнула: – А тебе до свидания. Руслан кивнул и молча вышел из домика. Как только под ногами оказалась земля, изба поднялась, из нее донеслось кряхтенье, а курьи лапы принялись топтаться на месте, переминаясь. Даша весело улыбнулась: – Прощай, изба! Ребята дошли до края дороги и остановились. Зеленая долина в заходящем солнце оказалась наипрекраснейшим зрелищем. Розово-сиреневое небо, точно растаявшее мороженое над головой, бескрайняя зелень лугов, море цветов: красные, синие, желтые, белые, голубые, сиреневые, оранжевые, – хотелось упасть в них и беззаботно лежать, глядя в небеса. Даша, сама того не замечая, засмеялась. Было так хорошо любоваться закатом и совсем не страшно смотреть в неизвестность. Внутри словно жил солнечный зайчик, такое необходимое и прекрасное осознание, что она не одна. Рядом друг, самый лучший и верный. Она смотрела в серые глаза Руслана и видела, как в них, словно в зеркале, отражается небо. Он не отрывал серьезных и немного грустных глаз от горизонта, и ей очень хотелось утешить его, но она сдерживалась. Друг не любил, когда его утешают, не любил показывать, что ему бывает плохо и хочется плакать. Она не считала, что плачут только девочки. Плакал ее дедушка, ветеран войны, когда умерла бабушка, и никто не упрекал его, никто не говорил, что ему нельзя плакать. Она видела слезы отца, когда мама попала в больницу. В слезах не было ничего постыдного, только объяснить это другу она не могла. Руслан посмотрел на нее и спросил: – Что? Я испачкался? – Нет. – Она улыбнулась, и чтобы не заключить его в объятия, убрала руки за спину. Друг со вздохом опустил голову. – Думаешь, это был Васька? – Думаю, это он. Руслан ковырнул носком кроссовки землю и пробормотал: – Как такое может быть?! – Не знаю, наверное, так же, как все тут происходит. – Она усмехнулась. – Чудеса на каждом шагу. – Ему, скорее всего, будет хорошо у Бабы Яги, она ведь совсем не злая, молоко ему дает. – Мне она понравилась, – согласилась Даша, – им хорошо вместе. – Да, – он тяжело вздохнул и повторил: – Да, ему теперь хорошо. – Руслан вынул из кармана компас и кивнул на расстеленный у их ног зеленый мир. – Нам туда. Все-таки она не удержалась и обняла его. Друг слегка нахмурился, но потом все же улыбнулся и смущенно спросил: – Пойдем? На крыше избушки Яги закукарекал петух. В который раз девочка подумала, как ей повезло, что у нее есть этот сероглазый добрый мальчик. Нельзя было в словах выразить, как сильно она им дорожила. Только сердце билось сильнее, дыхание перехватывало, безудержно хотелось смеяться, и чтобы он не грустил, а чаще улыбался, смеялся вместе с ней. Они недолго постояли в молчании, любуясь долиной, а потом взялись за руки и побежали с горы.