ДОРОГА В НЕБО. ГЛАВА 16

ДОРОГА В НЕБО.

ГЛАВА 16

В ПЛЕНУ

– Что с мальчишкой? – строго спросил Сиятельство, когда Даша завопила уже во все горло.

– Мальчишка брыкался, – пояснил Харгелст, – пришлось его успокоить.

– Вы его убили! – прошептала Даша и так сильно дернулась, что державшие ее с двух сторон эльфы отлетели и плюхнулись на каменную дорожку, а она, не удержавшись на ногах, рухнула в объятия стоявшего перед ней Сиятельства. На секунду их взгляды встретились, а еще через секунду она мешком свалилась в клумбу с цветами. Его Сиятельство брезгливо сморщил нос и приказал:

– Расшевелить мальчишку! Полагаю, главарь все-таки он.

О ней все позабыли, эльфы окружили Руслана, и его Сиятельство, судя по движению зеленых башмаков, направился туда же. Даша попыталась развязать крепкие веревки, но эльфы явно умели вязать узлы. После тщетных усилий она потеряла надежду, что сумеет освободиться.

Тем временем эльфы разбудили Руслана.

– Какую цель вы преследовали, когда пробрались в мои сады?! – задал первый вопрос его Сиятельство. Руслан молчал, и Харгелст пнул его ногой.

– Отвечай, ворюга, когда с тобой говорит сам…

– Тише, Харгелст, – прервал эльфа его Сиятельство, – пусть прежде подумает, ведь одно неверное слово – и он будет казнен.

– Казнен! Казнен! Казнен! – радостно подхватили другие эльфы.

– Мы хотели взять вашего подорожника, чтобы… – заговорил Руслан, но Харгелст его оборвал и посмотрел на его Сиятельство: – Стоп, они хотели взять подорожника, этого достаточно. Они виновны, казним их!

– Вы не дослушали! – воскликнул Руслан и получил еще один пинок от злобного эльфа.

– Нечего тут слушать, его Сиятельство должен отдыхать. Вас, преступников, казнить мало!

– Мы не знали! – крикнул Руслан. – Не нужен нам ваш дурацкий подорожник!

– Вот как! Подорожник наш теперь стал дурацким! – бушевал Харгелст. – Они оскорбили нас, они оскорбили ваше Сиятельство, они плюнули в лицо всем эльфам земли!

– Да? – послышался несколько удивленный голос его Сиятельства, который вновь занялся своей палкой и, кажется, даже не слышал, кто и что говорит.

– Это не так! Никому мы не плевали в лицо! – закричала Даша. – Мы взяли ваш подорожник, чтобы вылечить мою коленку!

– Вот оно как, – пробормотал его Сиятельство. – Интересно, очень интересно!

Даша затаила дыхание, ей показалось, что он подобрел к ним, а потому когда его Сиятельство объявил: «Казнить их!» – от неожиданности она потеряла дар речи.

– Казнить, – облегченно кивнул Харгелст, – прекрасное решенье, ваше Сиятельство, а теперь отдыхайте, не смеем вас более беспокоить.

– Как это казнить?! Как казнить?! Мы ничего не сделали, – заплакала Даша, – вы не можете нас казнить, мы не отсюда, нас дома ждут! Вы не можете!

– Мы все можем! – возвысил голос Харгелст и куда тише обратился к его Сиятельству: – Так ведь я говорю?

– Так, – лениво согласился тот.

Дашу и Руслана снова куда-то поволокли. Она видела, как обутые в зеленые башмаки ноги Сиятельства шагают за ними, и у нее затеплилась надежда на спасенье. Сиятельство не выглядел злодеем, он казался достаточно добродушным, чтобы отпустить их с миром и простить три сорванных подорожника. Харгелст – другое дело, ему явно не терпелось их уничтожить, от него пощады ждать не приходилось.

– Не нужно плакать, девочка, – шепнул ей эльф с короткими, торчавшими в разные стороны рыжими волосами и маленькими аккуратными ушками.

– Что с нами сделают?

– Казнят, – последовал тихий ответ.

Даша зажмурилась.

– Не могу поверить, нас не должны казнить, не должны!

– Не бойся, – снова сказал эльф, – это произойдет быстро.

Нервы у нее сдали, и она завизжала так, что все эльфы заткнули уши, а уснувшие на деревьях светлячки попадали на землю.

– Что это с девчонкой? – недовольно спросил его Сиятельство.

– Убить ее прямо сейчас? – осведомился Харгелст, пробираясь к ней сквозь толпу эльфов.

– Нет, на Гиацинтовую поляну их, да побыстрее, – приказал его Сиятельство.

Их приволокли на небольшую полянку, окруженную росшими в два ряда розовыми цветами, в центре была высажена мягкая душистая травка, лежать на которой было одно удовольствие. Если бы не веревки, больно впившиеся в кожу, и не предстоящая казнь, девочка с удовольствием бы осталась тут подольше.

– Развяжите их! – крикнул Харгелст.

Как только ее развязали, Даша вскочила, толкнула стоявшего рядом эльфа и огляделась. Бежать было некуда, их взяли в круг. В нескольких шагах стоял его Сиятельство, он поглаживал лист на своей палке и на пленников не смотрел. Руслан протянул ей руку, но злобный Харгелст ударил его по пальцам своим копьем. Друг подул на кисть и сердито глянул на эльфа.

– Бежим, – одними губами произнесла она, когда Руслан перевел взгляд на нее, и только сорвалась с места, как прямо перед ее ногами ударила молния.

Даша в ужасе застыла, глядя на место, где секундой ранее росла зеленная травка, а теперь была обугленная яма. Девочка подняла глаза и встретила насмешливый взгляд его Сиятельства.

– Далеко собралась, маленькая преступница? – осведомился он, перекидывая кривую ветку с руки на руку. От резких движений одинокий листик на ней дрожал, точно испуганный зверек.

Даша не видела, откуда ударила молния, но могла поклясться, что тут не обошлось без этой странной палки в руках его Светлости. Это объясняло, почему с виду добродушный эльф не выпускал ее из рук и обращался с ней как с чем-то драгоценным.

– Ну что, други мои, – громко начал его Сиятельство, – как мы накажем воров?

– Отрубить голову! – взвизгнул самый маленький эльф, обнажая острые зубки.

– Еще предложения?

– Четвертовать, – буркнул Харгелст, скрещивая на груди руки.

– Дать плетей, – выкрикнул кто-то.

Одно предложение было хуже другого. Даша беспомощно озиралась в надежде, что хоть кто-нибудь захочет их пощадить, и не ошиблась. Вперед выступила маленькая эльфийка и сказала:

– Помиловать. – Волосы, в отличие от других эльфов, у нее были не ярко-рыжие, а золотистого оттенка, как пшеница. Одетая в золотистый наряд, златовласка с изумрудными глазами являла собой прекрасное зрелище.

Его Сиятельство нахмурился, эльфы притихли.

– Золотце, – медленно начал его Сиятельство, – не в наших правилах отпускать преступников.

– Помиловать, – повторила эльфийка, и из маленького носика тонкими струйками пошел дым.

– Злится, она сердится, сердится! – зашушукались эльфы, многие отпрянули.

– Ваше Сиятельство, позвольте, я отведу вашу дочь…

– Умолки, старый болван, – оборвала эльфийка Харгелста и подошла к Руслану. Она потрогала его руку, понюхала и объявила: – Этого я хочу оставить себе.

– Но золотце… – запротестовал его Сиятельство.

Дочь не дала ему закончить, струйки дыма потянулись из ее носа, соединились в одну и сложились в изображение оскалившейся змеи. Эльфийка легонько подула – змея медленно поплыла к его Сиятельству, который, сморщив нос, отгонял от себя зеленоватое облачко.

– Ты обещал мне собачку, – капризно напомнила она.

Змея лопнула как мыльный пузырь, а притихшие эльфы потупили взгляд, и его Сиятельство жалобно пробормотал:

– Милая, но это не собачка, это вор, преступник, мы должны его казнить!

– Ах так! – Эльфийка прищурилась, из носа снова пошел дым, он заполнил собой большую часть поляны, а потом сложился в огромного медведя, который двинулся на его Сиятельство, рыча и размахивая лапами.

– Ну, хватит! – рассердился отец. Он взмахнул веткой с листом, и медведь стал уменьшаться, пока совсем не исчез. – Немедленно покинь Гиацинтовую поляну, детям сюда доступ запрещен.

– Детям! – фыркнула непослушная дочь. – Но только не мне!

– Харгелст, – кивнул его Сиятельство злобному эльфу, – увести.

Эльфийка вцепилась в Руслана.

– Он пойдет со мной! Это мой песик!

– Он не твой песик! – рассердилась Даша. – Ты – вздорная, противная сопля!

Она сама от себя такого не ожидала. Друг хихикнул и вырвал руку у вцепившейся в него бестии. Харгелст схватил завизжавшую малышку и, словно не замечая, что она бьет его кулачками, унес с поляны. Долго еще слышались вопли дочери его Сиятельства, но тот почти сразу позабыл о капризной малышке и пренебрежительно бросил:

– Повесим их.

Даша видела, как вздрогнул друг, и ей стало страшно как еще никогда в жизни. Один эльф убежал и вернулся с двумя мотками травяной веревки, на концах он сделал по петле. Два других рыжих злодея взобрались на раскидистое дерево и привязали веревки к самой нижней ветке, расположенной прямо у них над головами. Даша сделала шаг к Руслану и хотела взять его за руку, но Сиятельство жестом велел ей вернуться на место.

Пришел Харгелст. Завидев готовящиеся виселицы, он расплылся в улыбке.

– Так вам! Теперь неповадно будет лазить по чужим садам. В следующий раз будете думать, прежде чем…

– В следующий раз? – Даша истерично рассмеялась. – Если вы убьете нас, мы не вынесем из происшедшего никакого урока. Не будет никакого следующего раза, ведь мы уже будем мертвы!

Эльфы переглянулись, кто-то согласно закивал, кто-то пожимал плечами, один Харгелст остался невозмутим.

– Они нас повесят, Руслан, что же делать? – беспомощно посмотрела она на друга.

Он прикусил губу и уронил голову на грудь. Ей хотелось кричать, звать на помощь, только позвать было некого. Они никого здесь не знали, кроме маленьких лисят и их мамаши, которой не было до них никакого дела. Донди был слишком мал, чтобы чем-то помочь. Да и кто послушает лампочку! Что значит мнение светлячка в королевстве, где правит принцесса с камнем вместо сердца!

– Головы в петли! – громыхнул Харгелст, вновь принявшийся командовать, пока его Сиятельство игрался со своей палочкой и поглаживал листик.

Ребят поставили на неизвестно откуда взявшийся помост, надели на головы петли и затянули на шеях. Отбиваться было бесполезно, эльфов оказалось слишком много. Когда его Сиятельство поднял руку с веткой, Руслан неожиданно закричал:

– Вы не можете вешать подданных принцессы! Пилатесса у всех вас отнимет за это ваши глупые головы!