Дорогая, прости, начинай без меня! Я на трассе, сломалась машина. Извини, целый день не звонил - дерготня! — Ты…

Дорогая, прости, начинай без меня!

Я на трассе, сломалась машина.

Извини, целый день не звонил - дерготня!

— Ты голодный?

— Да, ладно, терпимо.

— Почему отключал на весь день телефон?

Он зажмурился:

— Дело в зарядке…

— А теперь, зарядил?

— Извини, что за тон?

Да, теперь батарея в порядке.

Скоро буду! Не злись!

— Новый год на носу!

Через час с половиной — куранты! -

И смахнув со щеки незаметно слезу, —

Остывают жаркое и манты!

— Я успею! — запикали в трубке гудки,

Она села на край табурета,

Сердце сжалось внутри от обиды, тоски,

От его виноватого бреда.

То ключи потерял, колесо проколол,

То бумаги забыл на работе…

И клянется еще, что святой, «богомол»!

Тишина и покой, как в болоте!

Полчаса… Его нет. Телефон отключен.

СМС от родных и подруги.

«Ну, приедет — узнает что, где и почем!

Ну, за что я терплю эти муки!?»

Шум за дверью — упали на кафель ключи…

«Р-р-р! Явился?!»,

Нет, видно, соседи…

И кричи — не кричи, и рычи — не рычи,

Не доступны мобильные сети.

Президент поздравляет с экрана народ

С Новым годом и новым началом.

Слезы солят соленый с икрой бутерброд,

Она плачет с налитым бокалом.

…Он приехал под утро, тихонько зашел,

Что-то ел, чем-то чавкал на кухне,

Вилки, ложки летели со звоном на пол,

Перемытые все накануне.

Подошел, прикоснулся небритой щекой:

— Извини! С Новым годом, родная!

Еле-еле добрался сегодня домой!

Там пурга и метель низовая.

— Ты меня… — сглотнув ком. — Ты меня разлюбил?

— Да ты что? Почему мне не веришь?

Может я тебе больше не люб и не мил?

— Перестань! Ну, зачем лицемеришь?

— Манты вкусные. Эй!

— Разогрел бы…

— Я так. Спать хочу! Обняла бы, согрела.

Я там мерзну, волнуюсь, звоню, как дурак,

А она поспала тут, поела…

Я соскучился, слышишь, не виделись год!

— Ладно, хватит, давай раздевайся!

Ой, а ноги, а руки холодные — лёд!

— Я сказал, что замерз! Не ругайся!

Он заснул. Засопел. Начинался рассвет

После этой пурги прошлогодней,

А на шее его проступал яркий след

Чей-то страсти чужой… новогодней…