Материнство как поправка 22, или много обобщений на очень индивидуальную тему Во всей этой истории с…

Материнство как поправка 22, или много обобщений на очень индивидуальную тему

Во всей этой истории с материнством и депрессией меня, как wonnabe культуролога и "этнографа" и newbie-феминистку, интересует больше всего двойное послание, которое активно вживляется в наши несчастные мозги обществом. С одной стороны, в нашей культуре (а под этим я имею в виду некую усредненную культуру пост-советского русскоязычного мира) есть четкая установка, что материнство - это страдания и лишения, установка, которую я для себя коротко обозначаю как "не заебался - не мать". Весь общественный диалог вокруг этого вопроса ведется в некоем героически-страдательном ключе, где мать - это такой супергерой на полставки, постоянно преодолевающий некие трудности и лишения. Все начинается с беременности, которая медикализированна до последней степени, гипердиагностицируется и гиперконтролируется, которая сама по себе по венчики наполнена двойными посланиями и чувством вины. Сдача бесконечных анализов каждую неделю, мифические "тонус матки", "угрозы" и "сохранения" способствуют тому, что будущая мама постоянно находится в состоянии стресса. Тем временем, согласно с общим представлением о прекрасном, "хорошая беременная мать" стресса должна избегать, а если она, не дай боже, таки чувствует дискомфорт - это ее вина, она не достаточно хорошо заботится о здоровье своего будущего ребенка и вообще ехидна еще та. Потом роды, которые вообще являются символом общего культурного кода "как мы страдали". Нет, роды - это всегда инициация, всегда испытание и всегда трудный переход из одного состояния в другое. Но это также может быть опыт empowerment-а, опыт испытания и утверждения своей силы, опыт приобретения нового уважения к своему телу и к себе самой, опыт создания жизни, опыт, который поднимает женщину на новую ступень как в социальной иерархии так и в собственной оценке своих сил и значимости. Но в нашей культуре этот аспект обычно опускается, тогда как опыт боли, унижения, травмы и беспомощности выходит на первый план.

Дальше идет послеродовой период, обсуждение которого в нашей культуре является до сих пор необычайно табуированным. То, к каким физиологическим преобразованиям в женском организме приводят роды, с какими рисками они сопряжены, какие последствия они могут принести ("нормальные" и "патологические"), зачастую неизвестны даже самим женщинам. И столкновение с реальностью часто становится очень болезненным. Единственное, что является общим местом в общественном дискурсе на эту тему - это все та же тема страдания - бессонные ночи, орущий младенец, мы преодолевали-преодолевали-и-преодолели. И конечно же, нужно непременно заебаться - ребенок ничего не сделает сам, быть ребенком вообще невозможно без посторонней помощи - его нужно массировать чтобы не было "тонуса", ему нужно надевать специальные тапочки (и ни шагу босиком!), чтобы не было плоскостопия, его ни в коем случае нельзя присаживать даже на секунду - и вообще, его мать на 100%, полностью ответственна за его будущее здоровье и благополучие. Если она не заебется, это благополучие организовывая, то мать она, вестимо, хреновая, и ее нужно порицать. Тема послеродовой депрессии зачастую вообще не обсуждается, среднестатистический человек представляет ее себе разве что в форме послеродового психоза - все же знают о неких странных женщинах, которые на третий-пятый-пятидесятый день после родов берут ребенка в охапку и выходят с ним в окно. Психические такие, женщины-патологии. Все остальное - терра инкогнита, личные женские заморочки, которые проистекают исключительно из того, что эта конкретная женщина - недостаточно хорошая мать и недостаточно ценит то, что наконец-то она смогла выполнить свою единственную функцию - стать матерью.

В этом, собственно, и лежит двойное послание - материнство - это высшая форма женского страдания, и одновременно - женское предназначение, женская миссия, единственная по-настоящему важная женская функция, выполнению которой женщина просто обязана радоваться и благодарить за нее высшие силы. Любовь к ребенку считается обязательной и святой, при его появлении мать должна немедленно задвинуть в дальний угол все, что раньше считалось ее личностью и превратиться в функцию, и смириться с тем, что вся ее жизнедеятельность оборачивается вокруг другого человека. Смириться с тем, что не получаешь ничего взамен. Это особенно хорошо видно, когда смотришь на это со стыка культур - где я сейчас и нахожусь. В шведском общественном сознании, материнство не героично, не страдательно и мать никому ничего не должна. Детей делают для счастья - т.е. в обществе существует установка, что маленький человечек - это счастье и сладость, его приятно обонять, его приятно ощущать, он приносит матери удовольствие. Не экзистенциальное, от выполнения своей миссии на земле, а простое такое. плотское, чувственное удовольствие. Я не уверена, что я могу четко вербализировать эти отличия, но они существуют и они разительны. Пока я не выучила шведский и не начала плотно вращаться в шведской культуре, у меня и мысли не было, что дети могут приносить удовольствие. Что их рожают по собственному желанию, из эгоизма, что ли, чтобы принести себе радость. Я была воспитана в менталитете, где детей рожают, потому что так нужно, и "нужно" в этом менталитете всегда перекрывает любые страдания и лишения, которые нужно перенести на этом пути.

Итак, материнство мучительно и героично одновременно. Но попробуй только, жалкая женщина, всерьез пожаловаться на свои муки, пожаловаться из позиции субъекта, у которого по-прежнему остались какие-то личные, эгоистичные порывы и мотивы. Это еще одно табу, это вызывает волну возмущения, как со стороны других матерей, так и со стороны общества в целом. Во-первых, хорошая женщина, хорошая мать - не жалуется, она ведь функция, она для этого рождена, а функции не могут быть субъектами, функции не жалуются. Во-вторых, такие жалобы подрывают для других женщин саму идею бытового героизма - мы ведь все там были, мы все справлялись, а тут она, у нее все есть, а она, понимаете, жалуется. Эдакий вариант дедовщины, для девочек. Ну и в-третьих, "ты же сама решила родить ребенка, чего же теперь ныть?" - о, эти святые люди, которые всерьез думают, что индивид со всеми своими решеньками и мыслишками существует в вакууме, и вершит свою судьбу совершенно без влияния структурных факторов, контекста и прочих примочек, которые в сотни раз крупнее его самого. Если упростить и одновременно привести пример - многим гораздо проще родить ребенка, чем объяснять обществу, всем - от своей больной прапрабабушки до случайного встречного, каждый день своего детородного возраста то, что твой личный выбор - быть чайлдфри.

Ну а в сухом остатке всегда одно и то же - женщина, терзаемая чувством вины, женщина, лишенная власти над собой и собственной жизнью, женщина, которой легко управлять. Патриархат, сэр. Да, составляя этот текст, я намеренно преувеличиваю и рисую картинку очень яркими красками и жирными мазками. (Я вообще очень bold personality, я состою из ярких красок). Да, в жизни все зачастую намного деликатнее, намного более "серо", а не "черно-бело", к тому же, существует миллион отличий между социальными классами, группами, традициями, странами, отдельными семьями и так далее и тому подобное. Поэтому, делая это усредненное описание, я не пытаюсь описать жизнь для всех, я пытаюсь объяснить ту рамку, в которую заключена моя жизнь, тот процесс, через который прошла я сама. Он не универсален, он не действует для всех, но он совершенно точно больше меня самой. Эти конструкции существуют не только у меня в голове, они не индивидуальны, я совершенно точно разделяю их с кем-то еще. Если вам кажется, что все вышенаписанное - чушь, то точно не с вами.

Я очень хотела, чтобы мое материнство стало моим empowerment-ом. У меня для этого были все условия - я стала мамой в Швеции, где беременность считается абсолютно естественным женским состоянием, не требующим постоянного вмешательства и спасательства со стороны врачей, представляющих "мужскую" сферу объективной науки медицины, чем-то, с чем женщины зачастую способны справиться сами, обычной частью жизни. Я зачала ребенка также осознанно, точнее так мне казалось тогда. Сейчас я понимаю тот массив факторов, который давил на меня, и понимаю, что была абсолютно не готова к материнству. И должна была, обязана была - перед лицом себя самой, ради себя самой - подождать еще немного, походить к психотерапевту в конце концов, порешать свои issues, простить свое собственное детство, да повзрослеть наконец. Но нет. В итоге, взрослеть пришлось в горящем танке, когда ты горишь, и танк горит, и мир горит, и перспектива геройски сдохнуть становится очень даже вещественной и ощутимой.

Но мы не сдохли, и продолжаем вести нашу веселую трансляцию из горящего танка, оставайтесь на связи.

Источник: http://topilinenblog.blogspot.ru/2016/09/22.html?m=1