Моему сыну два месяца. Мы все очень ждали его, особенно после замершей беременности очень хотелось, чтобы он таки родился. Роды были тяжёлые, потеряла больше литра крови, пришлось доливать два пакета, потому что ходила как зомби с гемоглобином 60. Рожала с мужем, он был со мной от начала до конца, на схватках держалась за него и пританцовывала, ни ходить, ни лежать, ни сидеть не представлялось возможным. К слову, схватки начались сразу очень болезненные, после отхождения вод, так что слезы катились из глаз уже через час после начала. Было три часа ночи, я доедала пиццу сидя на фитболе, а вокруг меня была лужа на всю кухню, муж еле успевал вытирать пол. В перерывах между схватками я еще могла шутить. В роддоме я уже не шутила. Схватки это ад, самый настоящий. То и дело повторяла мужу, что никогда больше. Через пару часов разговаривать я уже не могла и просто молча переваливалась с ноги на ногу во время очередного прихода. Мне поставили катетер в руку с антибиотиком из-за стрептококка, найденного ранее в мазке. Ходить стало вдвойне противно и тяжело, таская за собой капельницу и ощущая иголку под кожей. Самое грустное, что ужасно хотелось какать, но уже месяца два это было большой проблемой и получалось в ту ночь только писать. Я расстраивалась еще больше. Периодически приходила акушерка и предлагала мне панадол. Серьезно, панадол от боли при схватках. Панадол?! Заодно спрашивала, не надумала ли я делать эпидуральную анестезию параллельно предлагая всякие гелевые горячие мешочки, фитбол, душ и прочее. Я была настроена рожать без анестезии и молча раскачивала головой вцепившись из последних сил обеими руками в мужа. Кстати, весь день до родов мы переезжали в другую квартиру и единственное о чем я мечтала лежа в кровати в 12 ночи – это поспать, т.к. В 9 утра была назначена стимуляция, из-за срока 41 и 5 и сил не было вообще.

В общем, когда терпеть уже было адски тяжело, нас перевели в родилку. Это было в 11 утра. Честно говоря, я думала, что вот вот начнутся потуги и сын появится на свет. После осмотра акушерка говорит, что раскрытие 3 см. Я начинаю подвывать от боли и паники, т.к. прошло уже 9 часов с начала сильных схваток. Мне предложили укол обезболивающего в шейку матки. Я была согласна на всё, лишь бы перестало так сильно болеть. Перед этим, сыну установили датчики давления прямо к голове, через меня. Было жутковато. В меня засунули что-то с иглой на конце. Черт возьми, это было самое ужасное, что происходило с моим телом за всю жизнь. Муж сидел рядом и плакал, потому что вокруг меня стояло трое анестезиологов, болтая параллельно о чем-то типа семьи и работы, повышения зарплаты и еще о чем-то, кроме, мать их, родов, а я орала как умалишённая захлебываясь в слезах и соплях, потому что помимо адской боли, страха и паники они ещё попали именно на схватку засовывая иглу. Укола должно было быть два. В итоге, после второго укола у меня стала с невероятной силой и болью отниматься нога, потому что эти ребята попали в нерв. Нет слов, чтобы описать то, что происходило. Они продолжали болтать не обращая внимания на крик, периодически поглядывая на меня с каким-то особым безразличием. Из-за всего этого было решено делать эпидуралку, т.к. я начала отключаться. Было очень жаль, что все сложилось именно так и анестезию таки пришлось сделать, хоть и под самый конец. Смена менялась уже в третий раз, финские врачи забавляли своим абсурдным желанием пожать мне руку, как будто я сижу с кружкой кофе за соседним столиком, а не ребенка рожаю в поту и муках. Они подходили и представлялись, протягивая ладонь. Кажется, я даже протянула руку в ответ, придерживая катетер. Через 5 часов начались потуги, это было самое чудесное облегчение перед рождением сына. Пришлось сделать разрез, но это меня не сильно волновало после всего, что пришлось испытать. Через 3 потуги, 7 минут, родился наш сын Элиас-Эммануил весом 4500 кг. Муж расплакался еще когда акушерка сказала, что видна головка. Сразу же его положили мне на грудь и минут 40 мы лежали в объятьях нашего папы. Потом его взвесили и предложили папе раздеться и приложить малыша к его животу, пока меня повели в душ. Сын сладко спал у него на животе еще час.

Я рассчитывала, что мы все втроём будем ночевать в палате, но у меня на родах была температура 38 и из-за этого перевели нас с Илаем в палату с особым наблюдением, а папа поехал домой.

Вот еще одна история родов. Я родила человека, это не смысл жизни, это просто еще один человек, еще один мужчина, которому я помогу вырасти, которого я люблю просто так.