Люблю такое! Оно такое...материнское Полина Барскова ПРОГУЛКИ ПО МОНТЕРРЕЮ Младенец, полный молока,…

Люблю такое! Оно такое...материнское

Полина Барскова

ПРОГУЛКИ ПО МОНТЕРРЕЮ

Младенец, полный молока,

Похожий на кувшин,

Твоя мышиная рука

Касается вершин,

Мерцает нежная башка,

Как ночью – апельсин.

Рассеян, сладостен твой взгляд,

Скользящий мимо нас,

Ты холодишь меня, как яд,

И веселишь, как газ.

В меня ты поселяешь дрожь,

Томление, печаль,

Ты у меня моё крадёшь,

Ты тайно, по ночам,

Жуя покорный мой сосок,

Урча и хлопоча,

Из сердца вынимаешь сок,

И твой комический носок

Торчит, как у грача.

Я как желала, так жила:

Лгала, крала, спала.

И вот – как чёрный клюв орла,

Как жаркая скала,

Как искупительная цепь,

Явился ты ко мне.

Ещё твой голос не окреп,

Но ты уже – лицо и цель,

Но ты уже мой сон, мой хлеб,

Орёл, висящий в вышине,

И крылья на спине.

Твоя улыбочка жалка,

Ухмылочка – слаба,

Горячий лёд – твоя рука,

А я – твоя раба.

Твой важный шорох,

Нежный писк –

Верховный мой приказ.

Из всех надменных ярких лиц,

Из всех желанных глаз

Ты: облик обморок оброк.

Ты: сладкий хохоток.

В руке зажатый номерок.

Обкусан ноготок.

Над океаном птиц полёт

И облаков возня.

Ты искривила бледный рот.

Твоей руки горячий лёд

Всего важнее для меня,

Но так любить нельзя.

Нельзя с повинною главой,

Как пёс – следы в крови,

Затылок тёплый нюхать твой

И плакать от любви,

Нельзя вылавливать во тьме

То очерк, то звучок...

Нельзя тебе так верить мне.

Никто не должен верить мне.

Ты слышишь, дурачок?

Нельзя, покуда я жива,

Покуда я есть я,

К тебе примешивать слова,

К словам примешивать тебя;

Над океаном птиц полёт

И в небе – острова.

Над океаном – птиц полёт,

Тюлени на камнях.

Твоей руки горячий лёд

Всего милее для меня.

Тюлень разбуженный поёт,

И бьёт его волна.