Ей двадцать два. Она живет, как все — Работа, дом, кино, друзья, машина… Ее мечты сбылись почти что…

Ей двадцать два. Она живет, как все —

Работа, дом, кино, друзья, машина…

Ее мечты сбылись почти что все —

Для счастья полного родить осталось сына.

Но приговор врачей как с неба гром:

«Детей у вас не будет. Так бывает.

Да, выход есть: вот взять хоть детский дом…

Им знаете, как ласки не хватает…»

«Вы это сейчас мне? Конечно мне…

Ведь мы вдвоем лишь с вами в кабинете…»

И тут же рядом, словно в страшном сне,

Висит плакат, что «Счастье — это дети!»

И плакать хочется, но слез как будто нет.

И навсегда теперь на сердце рана.

Зачем ей жить, зачем встречать рассвет?

Никто не скажет ей простое «Мама!»…

____________________________________

Ей тридцать два. Она умна, красива…

Но приговор врачей неумолим.

Кто виноват, что жизнь несправедлива!

И по ночам ей так же снится сын!

В один из зимних дней она решилась,

И в детский дом отправились сама.

И как-то так, оно само сложилось,

А, может, просто их свела Судьба? -

Мальчишка с темно-серыми глазами

По коридору длинному бежал,

И вдруг ее, увидев, со слезами

Прижался к ней, и тихо прошептал:

«Ну, где же ты была, моя родная?

Я знал, я верил!… Ты меня нашла!…»

Она в ответ, в его плечо, рыдая:

«Прости, мой мальчик, что так долго шла!…»

_____________________________________

Ей сорок два. А дашь, пожалуй, тридцать.

И нет отбоя от внимания мужчин…

Но, главное, с ней рядом «верный рыцарь» —

Ее родной, любимый взрослый сын!