Как список спас мой брак? История Бекки Зербе

РАССКАЗ

"СПИСОК КОТОРЫЙ СПАС МОЙ БРАК" (Бекки Зербе)

Я старалась быть терпеливой женой, как могла. Но настал день, когда моих сил не хватило, и как только мой муж Билл уехал на работу, я собрала вещи, взяла нашего годовалого сына и ушла к родителям.

С заплаканным, сердитым лицом я ушла с мамой на кухню. Она держала ребенка, а я, рыдая, оправдывала свой поступок. Мама налила мне чашку чая и сказала, что она и папа помогут мне. Я облегченно вздохнула, когда узнала, что они за меня.

– Но прежде, чем ты оставишь Билла, ты должна будешь кое-что сделать, – сказала мама.

Она уложила моего спящего сына, взяла лист бумаги и ручку и прочертила вертикальную линию в центре листа. Она попросила меня написать в левой колонке все то, что сделал Билл, из-за чего жить с ним стало невозможно. Я взглянула на разделительную линию и подумала, что справа мама попросит написать все хорошие качества Билла. Я была уверена, что список отрицательных качеств все равно окажется длиннее, поэтому охотно взялась заполнять левую колонку. Я не жалела чернил и бумаги. Мне не терпелось запечатлеть на бумаге отвратительный портрет моего несносного мужа. Левая колонка выглядела следующим образом:

Никогда за собой не убирает.

Неразговорчивый.

О всех его планах и решениях я узнаю последней.

Сморкается и делает отрыжку прямо за столом.

Никогда не покупает мне хороших подарков.

Одевается неряшливо и безвкусно.

Скуп на деньги.

Не помогает мне по дому.

Список заполнил всю страницу. У меня было больше, чем достаточно доказательств того, что никакая женщина не в состоянии жить с таким мужчиной-монстром. С чопорной, самодовольной улыбкой я спросила: “А теперь, я полагаю, ты попросишь меня написать с правой стороны листа хорошие качества Билла?”

“Нет, – сказала мама. – Я и так знаю хорошие качества Билла. Я просто хочу, чтобы к каждой строчке написанной слева, ты написала свою ответную реакцию справа. То, как ты поступаешь”.

Это оказалось более жестоким и трудным заданием, чем описывать хорошие качества Билла. Я помнила несколько хороших качеств Билла и вполне могла их описать. Но я никогда не думала о себе самой. Я знала, что мама не отстанет от меня, пока я все не закончу, поэтому я начала писать.

Я обижалась, кричала, сердилась, дулась.

Мне стыдно было быть рядом с ним.

Я строила из себя “мученика”, играла на чувствах и вызывала к себе жалость.

Я хотела быть замужем за кем-нибудь другим.

Я не разговаривала с ним и наказывала его молчанием.

Я считала, что я слишком хороша для него.

Список казался бесконечным. Когда я исписала весь столбик, мама взяла бумагу из моих рук и ножницы со стола. Она разрезала мое произведение по вертикальной полосе. Левую колонку она скомкала и бросила в мусор, а правый столбик вручила мне.

“Бекки, – сказала она, – возьми этот список домой. Подумай сегодня над своими поступками. Помолись об этом. Пусть сегодня ребенок останется у нас. Если ты искренне выполнишь то, о чем я тебя прошу, и по-прежнему, будешь хотеть покинуть Билла, то папа и я сделаем все, что мы можем, чтобы помочь тебе”.

Голая правда.

Оставив вещи и сына, я вернулась домой. Я сидела на кушетке со своей частью листа. Трудно было поверить, как выглядели мои поступки без балансирующего перечня раздражающих привычек Билла. Список выглядел ужасающим.

Я видела запись мелочного поведения, позорных методов и разрушительных реакций. Я провела следующие несколько часов, прося у Бога прощения. Я просила силу, руководство и мудрость для тех изменений, которые я должна была сделать. Я продолжала молиться и поняла, каким посмешищем я оказалась. Мне трудно стало даже вспомнить описанные мной прегрешения Билла. Насколько абсурдны были они. Там не было ничего безнравственного или ужасного. Мое сердце настолько ожесточилось и ослепло, что я перестала замечать, что я была благословлена действительно хорошим мужем – не совершенным, но хорошим.

Я вспоминала, как пять лет назад я дала клятву Биллу. Я обещала любить его в болезни и в здравии, быть с ним в печали и в радости. Я обещала все это в присутствии Бога, моей семьи и друзей. Но, не смотря на мое священное обещание, я была готова покинуть его этим утром из-за мелочных раздражений.

Я прыгнула в автомобиль и поехала обратно к моим родителям. Я не могла поверить тому, как хорошо я себя чувствовала, в отличие от моего первого визита к маме. Теперь я ощущала мир, спокойствие и благодарность.

Когда я забирала сына, я ужаснулась оттого, что чуть было трагически не изменила его жизнь. Из-за своей мелочной придирчивости и повышенной чувствительности я чуть не лишила его возможности ежедневно проводить время с замечательным отцом. Я быстро поблагодарила свою маму и вылетела за дверь, чтобы успеть домой до возвращения Билла. К тому времени, когда он вернулся с работы, я уже распаковала вещи и ждала его.

Я хотела бы сказать, что Билл изменился, но это не так. Он продолжал делать все то, что смущало и раздражало меня, заставляя взрываться и выходить из себя. Однако изменения произошли во мне. С того самого дня я почувствовала ответственность не только за мои действия, но также за то, как я реагировала на поступки и отношение Билла.

Переписанный список.

Много раз в течение последующих лет я переписывала мой список. Я продолжала просить Бога простить мой эгоизм и гордость и дать мне мудрость.

Пятнадцать лет спустя, в возрасте 49 лет, Биллу был поставлен диагноз: болезнь Альцгеймера. Он был вынужден оставить работу. Все домашние обязанности и финансовое содержание семьи легли на мои плечи. Много дней и ночей стали для нас беспокойными и тревожными. Мои сыновья и я наблюдали за тем, как Билл отчаянно боролся за жизнь. Его оптимизм и выносливость вдохновляли нас.

Много раз я благодарила Бога за мою мать. Наверняка много раз она хотела отчитать меня или высказать свое мнение о моем скверном поведении. Однако вместо этого она просто помогла мне обнаружить истину, которая спасла самое ценное для меня – мой брак. Если бы я не научилась реагировать на предыдущие маленькие проблемы Билла, я не была бы в состоянии правильно относиться к тем большим трудностям, которые пришли теперь.

Мой сын однажды пришел домой и спросил: “Мама, а что мы будем делать, если папа однажды не вспомнит нас?” Я ответила: “Мы будем помнить его. Мы будем помнить мужа и отца, которым он был. Мы будем помнить все то, чему он нас научил, и то, как сильно он любил нас”.

После того, как сын вышел, я улыбнулась. Я вспомнила о всем том, что сделал для нас этот человек. И многие из этих приятных воспоминаний связаны как раз с теми раздражающими привычками, которые я внесла в список отрицательных качеств Билла много лет тому назад.