Нашла на "Злом медике", под впечатлением: Сижу на приёме в ЖК, вдруг звонок из роддома: - Доктор,…

Нашла на "Злом медике", под впечатлением:

Сижу на приёме в ЖК, вдруг звонок из роддома:

- Доктор, срочно к нам! Самообращение - беременная с болями в животе, с двумя рубцами после кесарева сечения!

Бросаю приём, бегу в роддом, и вижу - на кушетке в приёмнике лежит беременная, сероватого цвета кожные покровы и тихо постанывает.

- Что случилось? - спрашиваю я , а сама уже оголяю её живот и произвожу осмотр.

Матка "дыбом", плотная, болезненная. Части плода чётко не определяются. Сердечные тоны плода чётко не выслушиваются - то ли у ребёнка брадикардия, то ли у мамы тахикардия. Тут же вспоминаю, что эта женщина приходила ко мне на приём в ЖК ровно неделю назад, вставать на учёт. И у неё действительно два кесаревых сечения в анамнезе.

- Живот болит, - отвечает мне пациентка. - Вот, ездили к родне в соседнюю деревню, всей семьей, на своей машине. Да растрясло наверное, ещё в машине живот заболел. А сейчас прямо мочи нет.

- Давление какое? - спрашиваю у своих акушерок. - Сто на шестьдесят. - Перекладывайте женщину на носилки и на руках в хирургию!

- Как на руках? - возопили мои девочки. - Она же только что сама пришла!

- На руках и на носилках! - рявкнула я.

- Мужа в помощники возьмите!

А сама вихрем в ординаторскую, и падаю на телефон:

- Хирургия? Срочно разворачивайте операционную! Мы к вам несём разрыв матки по рубцу.

Набираю второй номер:

- Женская консультация? Срочно поднять карточку Н.Н., она была у нас неделю назад, и с результатами анализов всё занести в хирургию. Меня на приём не ждите, ухожу в операционную.

Хватаю пустую историю родов и бегу следом за носилками.

В хирургии нас уже встречает Василич, измеряет пульс больной, оценивает хабитус (состояние больной), тихонько спрашивает меня:

- Идём на ребёнка или на маму?

Я в ответ круглые глаза:

- Василич! Какой ребёнок!? Мне бы маму вытащить!

- Понятно, - ответил он, и укатил больную в операционную.

Я бегу в ординаторскую, сталкиваюсь с ассистентом:

- Толь, давайте начинайте мыться, я следом!

Через ...дцать секунд и я намываюсь, одеваюсь, к столу - начали. Вскрываемся, смотрим: на нас в рану корпорально разорвавшейся матки смотрит полностью отслоившаяся плацента, нижний край которой плотно врос в рубец на всём протяжении. В брюшной полости около пятисот миллилитров тёмной крови.

- Ой, Толя, помогай! я боюсь! - шепнула я ассистенту.

- Не бойся. Давай вместе, - и начинает осторожно, одним пальцем отводить ткань плаценты от краёв раны. Кровотечение не усилилось.

- Всё уже сократилось, работай, - успокоил он меня.

И мы начали работать. Отвели плаценту, не трогая нижнего края, вскрыли плодный пузырь и достали совершенно белого, как лист бумаги, ребёнка без признаков жизни.

- Жалко, не успели... - проговорил мой хирург, - весь выкровился через пуповину.

- Василич, посмотри, а? Может ещё можно что-то сделать? Ты ведь у нас волшебник! - слёзно попросила я, передавая бездыханное тельце на руки акушерке.

Рядом стоял совершенно потерянный молодой неонатолог.

Отдав ребёнка мы продолжили работать. Впереди нас ждала ненавистная экстирпация. И вот минут через десять напряжённой работы, когда уже сосуды были перевязаны и можно было откидывать матку, мы услышали какой-то слабый писк - не то котенок, не то показалось.

Но писк нарастал и перешёл в уверенный плач ребёнка!

- Неужели оживил!? - изумились мы, - Василич, это наш ребёнок плачет!?

В операционную с довольной улыбкой вплывает Василич:

- А разве не вы говорили, что я волшебник?

С лёгкостью и на подъеме мы закончили операцию. На полном разрыве матки спасли и маму и ребёнка.

Это была победа всей нашей бригады.

Василич, наш добрый фей и волшебник, ушёл из жизни 02.01.2013 года в возрасте 52 лет, отдежурив суточное дежурство 1 января, на крыльце собственного дома.Светлая прекрасному доктору и человеку Рудченко Владимиру Васильевичу от коллег и пациентов.