ГСД при беременности: личный опыт, диета и физнагрузка

ГСД. Год спустя. Личный опыт.

Итак, после неприятного глюкозотолерантного теста прозвучали эти не менее неприятные три буквы — ГСД.

Как гром среди ясного неба.

Я была твёрдо уверена, что это какая-то ошибка, что такого не может быть. Оказалось, что очень даже может.

Говорят, что сейчас этот диагноз ставят каждой третьей и многие забивают на него, продолжая жить как жили и есть как ели. Мой супруг оказался не из таких. Забить мне не дал, да я и сама бы не решилась, я слишком ответственная.

Муж переживал за развитие ребёнка, я переживала за его чрезмерный рост. Рожать «богатыря» мне очень не хотелось. Кесарево мне хотелось ещё меньше. Я планировала родить сама.

Так в моей жизни появились варёные брокколи, стручковая фасоль и глюкометр.

Кто знает меня давно, тот в курсе, насколько я капризна в еде. И что накормить меня — великая проблема.

Так вот. Забыли. Едим не то, что хочется, а только то, что есть можно.

Муж самозабвенно готовил мне ужины, и все это полезно-противное ел вместе со мной. А я хотела шаверму. Боже, как я хотела шаверму! Я вам честно признаюсь и мне ни капли не стыдно. И дважды я ее все-таки съела…

От скачков сахара, а они у меня были, спасала физнагрузка. Это мне посоветовала приятная девушка-эндокринолог, когда мы пришли к ней на консультацию. Так в моей жизни, вместе с брокколи, появилась ещё ежедневная зарядка и беговая дорожка.

Утром я делала зарядку, разгоняя кровь. А по вечерам шла на беговую дорожку. Я не бегала, я просто ходила на небольшой скорости. Это помогало. Мы проверяли, делая замеры крови до упражнений и после. Спустя 20 минут на дорожке показатели сахара в крови удавалось привести в норму.

Беременность протекала хорошо, влияния на плод ГСД не оказал. Ребёнок родился вполне себе небольшого размера. А дальше началась борьба с собой.

По результатам анализа крови на гликированный гемоглобин мне разрешили отказаться от диеты и есть все, что я захочу. Честно признаться, после довольно жестких ограничений, мне даже еда в роддоме показалась вкусной. Я могла наконец-то нормально поесть, а не ходить полуголодной.

Из роддома я вышла в весе меньшем, чем было до беременности, и без живота. В этом есть плюс от диеты. Мне не пришлось сбрасывать ровно ничего.

Дальше о минусах.

После, практически полугодового запрета есть еду, я не могла остановиться. Я съедала все, что не приколочено. И мне все так же постоянно хотелось шаверму. Смотрела на мужа щенячьими глазами и говорила: «Я хочу шаву!»

И он мне ее привозил.

Первые 5 кг я наела даже не заметив этого. Мама говорила: «Не смей худеть, тебе сейчас нужны силы с ребёнком». А я и не планировала. Я понимала, что если я сейчас снова начну ограничивать себя, то после будет новый срыв. Я никогда в жизни до этого не сидела на диетах и эта далась мне очень тяжело.

Я была не в силах ощущать голод. И если до беременности я спокойно могла лечь спать без ужина, то теперь я продолжала наедаться до тех пор, пока не набью желудок. Так организм отреагировал на стресс.

Легче мне стало только спустя полгода. Ровно столько же времени сколько длилась диета потребовалось психике, чтобы начать приходить в себя.

Через десять месяцев я уже не набивала желудок, не съедала все подряд, но «утешительная конфета» все ещё была со мной. Я старалась чаще заполнять желудок водой, чтобы ему не казалось, что он одинок. Это двойная польза.

По прошествии года я уже смогла избавиться от «утешительной конфеты» и стараюсь отказываться от добавленного сахара. Без фанатизма. Сейчас я спокойно ем и рис, и картошку, но кофе пью без сахара и не ем сладкое. Ну почти. В кризисных ситуациях я все же позволяю себе мороженое или шоколад.

Бороться с собой надо нежно.

Сейчас я не пытаюсь похудеть, не встаю каждый день на весы, чтобы не нервировать себя. Жду, пока организм окончательно справится со стрессом и начнёт скидывать лишнее сам. Мой так умеет, главное ему не мешать.